Чем мы дышим? Ответ, казалось бы, на поверхности: легкими. Но это лишь один из элементов системы дыхания. Потому что дышим мы, собственно говоря, всем своим телом. Ну а сегодня начнем с того, что первое и приходит на ум.

Легкие не смогли бы дышать сами без окружающей их мускулатуры и без водителя дыхательного ритма в стволе мозга. Мышцы, позволяющие легким расправляться при вдохе и сжиматься при выдохе, располагаются между ребрами — на вдохе они расслабляются, расстояние между ребрами растет, грудная клетка увеличивается в объеме, предлагая легким занять большее пространство; на выдохе они напрягаются, приближая соседние ребра друг к другу, грудная клетка уменьшается в объёме, выжимая из легких отработанный воздух. Помогает им еще одна мышца — грудобрюшная преграда — диафрагма. Она на вдохе опускается (попутно массируя толстый кишечник для его хорошей работы и при нормальном брюшном прессе повышая внутрибрюшное давление, что также важно для работы всех органов пищеварения), освобождая место для расширения нижних отделов легких, а на выдохе подталкивает их вверх, заставляя эти нижние отделы активно участвовать в акте дыхания. Совсем как поршень в шприце.

Ну и зачем надо про это знать? А затем, что можно в теперешних санаторных условиях позаниматься дыханием. Укрепляем для этого мышцы живота (если нет желания или возможности качать пресс, можно просто упражнять грудное дыхание — максимально втягиваем живот — и диафрагма заработает, и межреберные мышцы). Распрямляем спину (когда сутулимся, то и дышим поверхностно). Дышим на счет — делаем выдох все длиннее, позволяя вдоху происходить самому.

Если от таких простых процедур почувствовали головокружение — это и есть верный признак того, что привычное для нас дыхание не-достаточное. А это значит, что у нас есть хроническая дыхательная недостаточность. Даже безо всяких болезней, а просто как сложившаяся привычка. И сейчас пришло самое время от такой недостаточности избавиться.
Тем более, что воздух за окном свежий, с минимальным количеством вредных выбросов.

Так что одеваемся потеплее, открываем окна и — дышим полной грудью.

Второй день подряд держим планку вновь заболевших выше тысячи. И это — наглядный пример нашему головотяпству со взломом. Ведь если понимать, что число заболевших соответствует количеству заразившихся неделю назад, то понедельник и вторник ясно указывают на предыдущие выходные. Объявленные официально нерабочими. Но по случаю пандемии. Что уже было пропущено мимо ушей: президентское «не работать» превратилось в «отдыхать». Ну а отдых в погожие весенние дни — это обязательные шашлыки на природе. А где шашлык — там большая веселая компания.

Вот и двинул народ, изголодавшийся по хорошим поводам, гурьбой в магазины, а потом на дачи и в лесопарки. Ну и кто же будет на пикнике есть-пить в масках, соблюдая положенную социальную дистанцию?

Вот и имеем вчера и сегодня такой прирост заболевших. А если и завтра таковой увидим, это будет означать, что отдыхать продолжили по полной. Рассуждая при этом об экономически трудных временах, которые непременно накроют всех. И совсем не думая о том, что своими шашлыками как раз это все и устраивают — подъем заболеваемости, продление карантина, остановку деловой жизни, безвозвратное расходование госбюджета. Если не вспоминать о главном — заболевающих и умирающих.

Неужели действительно хочется пожить невыездными — с патрулями, пропускными пунктами, QR-кодами, комендантским часом? Или не верится, что со своей безответственностью можем и до этого доиграться?

Вопрос этот на сегодня самый вредный. Явно меняющий настроение не в лучшую строну. А мы уже знаем: негативный эмоциональный фон плохо влияет и на текущую работоспособность, и на слаженную работу систем организма.

Но почему вопрос о будущем обязательно портит настроение? А потому, что включает психофизиологический процесс вероятностного прогнозирования, который построен на анализе текущей информации и сличения ее с уже имеющейся в нашем опыте.
Этот процесс происходит всегда, и в повседневной деятельности нами не осознается — мы же не думаем, насколько надо притормозить, чтобы вписаться в поворот на перекрестке? Просто делаем это, продолжая подпевать приемнику. А если вспомнить, как впервые сели за руль?
Правильно, тормозить начинали задолго до, собирая за собой хвост из недовольно гудящих. Соображая, как это сделать, как переключать скорости, насколько провернуть руль, как не забыть про поворотник. Какое там пение!

Воспоминание довольно яркое. Именно потому, что текущую информацию еще не с чем сравнивать — опыта вождения не имеем. И яркость воспоминания связана с тем уровнем тревожности, который мы тогда испытывали. Успокаиваясь только наличием инструктора с его собственными педалями и запасом непереводимой игры слов.

Этот же процесс работает в попытке понять, что же нас ожидает впереди. В обычных условиях все происходит точно так же, как и во время привычного вождения — легко и играючи. Но чем меньше в этом будущем элементов, которые уже есть в нашем опыте, т.е. больше неопределенности, тем негативнее прогноз.

Почему так происходит? Потому что главная задача — выжить. А для этого предусмотреть заранее все возможные угрозы. Вот мозг и подсовывает нам варианты один мрачнее другого — настройся на худшее, подготовься к этому как следует, не расслабляйся. И чем непонятнее и неизвестнее ситуация — тем более пугающие перспективы рисуются. Ну и эмоциональное состояние соответствующее.

На всякий пожарный.

А если мы теперь и об этом тоже знаем, то вопроса себе такого задавать не будем. Планируем-прогнозируем ровно на сегодняшний день — все известно, все понятно, все стабильно. Сохранили нервы, энергию, настроение. Для интересных и полезных текущих дел. И для собственного здоровья.

Кипит наш разум возмущенный, будучи лишен привычных дневных нагрузок. Иссяк поток поддерживающих шуток в сетях, все больше сваливаясь либо совсем в скабрез, либо в воззвания явно на почве теории заговора.

И тут самое время разобраться с тем, как такое происходит. Вроде бы взрослые, образованные люди, а начинают вещать о происках какого-то мирового правительства, специально запустившего вирус, чтобы под его шумок перезагрузить политику и экономику всего земного шарика. И устроить тотальный, совсем оруэлловский контроль.

Почитаешь — все логично. А почему? Потому что сознание устраивает такую ловушку. Еще столетие назад описанное гештальт-психологией (по-русски — психологией целостного восприятия), детально изучившее то, как мы схватываем предъявляемые стимулы и как моментально их группируем в какой-то единый образ-гештальт.

Так вот, один из законов гештальта называется «закон общей судьбы»: если в короткий временной промежуток (одновременно или последовательно) человек наблюдает несколько событий, то он склонен их считать связанными между собой и простраивать их в причинно-следственные цепочки.

Представьте себе: мы смотрим в окно и видим, как на большой скорости проносится мотоциклист, а следом за ним — полицейский автомобиль с мигалкой. Первое впечатление — полиция преследует нарушителя. Мы не можем увидеть, что на перекрестке мотоциклист проехал дальше, а полиция повернула. И остаемся в уверенности, что видели погоню. А потом еще рассказали, что видели. Описав в деталях и подробностях опасное вождение байкера, издевавшегося над полицейскими, которые явно проигрывали в скорости. Ну и приходим к выводу, что байкер ушел-таки от погони.

Почему мы к этому пришли? Именно потому что сознание формирует впечатления в наиболее простые причинно-следственные связки. Впечатлений текущих много, их надо как-то увязывать между собой, чтобы освобождать психику для восприятия новых. Поэтому, чем проще, тем быстрее, и тем скорее освобождается место.

А сейчас мы как раз стали свидетелями и участниками такого вот стечения разных событий: возникновения новой опасной эпидемии и продолжения застарелого экономического кризиса. Ну и по закону общей судьбы простым образом увязали их в логическую цепь. Только вариантов таких причинно-следственных связок две: в каждой из них причина и следствие меняются местами. В одной причина-пандемия, следствие — экономический провал. Тут все очень просто: кризис, как-то сдерживаемый до этого, в условиях возникшей пандемии покатился без тормозов. А в другой — наоборот: кризис как неизбежный мировой передел власти привел к рукотворному созданию пандемии для удержания власти от передела.

В сравнении с первой связкой кажется явно неправдоподобным. Зато красивым! Это же целый блокбастер! Только не на экране, а в жизни! Мозг, явно заскучавший без текучки, быстренько подтягивает из памяти увиденное-прочитанное-сыгранное — Оруэлла, Ладлэма, Брэдбери, Кинга, Вачовски и иже с ними. И все встает на свои места! Пора предупреждать ничего не подозревающих односельчан о настигшем апокалипсисе и наступившем армагеддоне.

Такая вот элементарная ловушка. Которая из простого гештальта превращается в натуральный бред. Ведь как говорят психиатры? Бред — это вещь, обладающая безупречной логикой. Только первичный посыл логических размышлений неверен. И в результате даже правильной логической обработки делается абсолютно ошибочный вывод. Который в силу безупречных логических построений может показаться истинным.

Так что давайте будем внимательны. Чтобы не попасться.

Кризис вообще-то не совсем то, что мы под этим словом имеем в виду. Потому что кризис — это необходимая составляющая развития. Во всяком случае так его рассматривает психология со времен Льва Семеновича Выготского: кризис — это когда ребенок созрел до нового уровня самостоятельности, но родители в этом сомневаются. Да и сам он хочет быть не самостоятельным даже, а свободным, но так, чтобы родители за него как и прежде все делали. Вот и возникает критика с обеих сторон — ребенок, к примеру, требует, чтобы ему дали право гулять самому, а родители ставят условием его ответственное отношение к контролю времени — чтобы и уроки были сделаны, и не заполночь возвращался.
И пока он к своим правам не добавит свои же обязанности, кризис не разрешится. Ну а когда добавит — все, новая степень самостоятельности достигнута.

Не есть ли теперешний глобальный кризис таким же детским? Мы хотим свободы, но не хотим ответственности — пусть ее несет кто-то за нас. Мы хотим жить, но не хотим избавляться от убийственных привычек — переедания, выпивки, курения. Мы ратуем за экологию, но имеем личные автомобили и мешками выбрасываем на помойку и не отходы даже, а испортившиеся продукты (значит, их берем явно больше, чем нужно) и все другое, что не пригодилось или надоело. Мы говорим о социальном договоре, а трактуем его исключительно как то, что мне все должны, а я имею права.

Вот потому природа, сомневаясь в нашей зрелости, выставляет нам условия: хотите дышать свободно, без ИВЛ? Кончайте отравлять воздух — табачным дымом, перегаром, бензиновыми выхлопами, помоечными газами. Направьте силы на предотвращение пожаров — что городских, что лесных. Сажайте деревья, кусты, траву, цветы. Ухаживайте за ними сами, не тратя деньги на приезжих садовников. Прекращайте пичкать и себя, и все, что выращиваете себе в пищу, антибиотиками, гормонами, стимуляторами. Не создавайте переизбыток в погоне за новизной, при которой куча ранее приобретенных вещей — от одежды до компьютера — выбрасывается, не успевая поработать на вас.

И кризис точно завершится, если мы примем эти условия как абсолютную для себя необходимость. Как необходимость нашу собственную, а не как размен фигурами — так уж и быть, деваться некуда, вынуждены подчиниться. Но когда родитель расслабится, тогда возьмем свое.

Не возьмём. Пока мечтаем только о том, чтобы у нас все было, а нам за это ничего не было.