Архив автора: Korael

Про новую старую медицину

История помощи людям при их хворях и травмах, по идее, соответствует истории существования человечества. Мне не по себе (т.е. болит и неможется — нет сил делать, что и обычно – обращаюсь к тому, кто ведает, что со мной стряслось, какую лихоманку какой ворог на меня наслал и что с этим делать, чтобы вернуть себе ощущение, что со мной все в порядке. Вернуть себе ощущение отсутствия неприятных ощущений. Хочу не отвлекаться на себя, а все внимание и силы направлять на дела — на то, что вне меня. Процесс вполне технический: сдать себя в ремонт, чтобы самому не заботиться об уровне масла, охлаждайке и тормозных колодках. На текущие изменения – уровень сахара и бензина – есть внешний датчик, расположенный ближе к организму: мама, я проголодался или замёрз? Все остальные параметры находятся в перманентном состоянии более-менее близком к компенсации. Пока не горит маслёнка или Джеки Чан (check engine) – всё путем, едем дальше, как привыкли.


Мы не понимаем степень изношенности тел позвонков или суппортов, пока не заклинит спину болью или не услышим визга при нажатии на педаль тормоза.
Зачем нужна такая жесткая система отсечки лишних сигналов? Затем, чтобы человек не проводил 90% времени «под капотом», каждую секунду ощущая износ, старение, импотенцию, деградацию и маразм. Таким образом, помимо персональной особенности по сованию везде своего длинного носа (меняют летнюю резину на зимнюю – а что там с колодками и протектором?), включаются также социальные условия: могу ли я позволить себе ходить «по врачам» каждые полгода? Могу ли я приобрести сертификат (ДМС?) для регулярного отцеживания на анализ разных биологических жидкостей и твердостей (а также просвечивание, облучение и промагничивание) на предмет отклонений, а также на получение квалифицированных рецензий на все результаты с дальнейшим назначением биокорректоров, далее повторить? Тут вступают в дело разные социоэкономические модели «управления здоровьем». Сжимаешься и ищешь оптимум. Хочешь определить себя среднестатистическим мужчино-женщино-неопределенным созданием 45-95 кг 25-75 лет? Добро пожаловать в лоно доказательной медицины, которая демонстрирует практические результаты качественных мультицентровых рандомизированных исследований по когортным жестким параметрам. Шаг вправо, шаг влево – всё, ты не вписываешься в регламент, не подошел.


Отличный способ определить эффективность методик на всех сразу и ни на ком в отдельности. Зато очень удобно и логично в юридическом плане, в рекомендациях национального характера: мне нет дела, кто ты, какого пола, расы, возраста и региона проживания, делай то, что помогает всем этим чаще, чем всем остальным.
Проблемы и вопросы начинаются ровно у тех «жалких» 5 (30? 50?)%, которым, согласно рандомизированным многоцентровым ослеплённым плацебо-контролируемым исследованиям, эти назначения не помогают.
На больших когортах эти 5% могут составлять сотни тысяч, миллионы и даже десятки миллионов вполне конкретных живых ещё людей. И чем масштабнее клинические испытания, тем больше вопросов и слухов актуализируется – взять ту же проблему вакцин против COVID-19.


Второй вариант – так называемый индивидуальный подход. Он заключается в попытке получить максимально подробные стандартизированные данные от пациента (или клиента?). Сегодня это преподносится в качестве элемента «интегративной медицины», базирующейся, например, на кодируемой части генома с поиском аллельных вариантов с определенной статистической детерминантой хронических заболеваний (в первую очередь, естественно, наиболее стигматизирующих – например, онкологических). Что даст вам отличную пищу для размышлений: при вашем «наборе» генетики в 32,5% у вас возможно развитие рака молочной железы или колоректального рака. Что делать с этим набором информации с точки зрения системы здравоохранения – более-менее понятно: эту группу будем активнее гонять на маммографию и ректороманоскопию. С точки зрения конкретного человека возникают вопросы: у меня есть эта информация, но я не знаю, что с ней практически делать. Вплоть до решений формата «Да отрежьте мне уже эту грудь и поставьте импланты! Сил больше нет об этом всём думать».


Ну и, конечно, наиболее спекулятивной является информация, которую сам человек понять не может в силу того же образования. У меня антитела к антигенам гельминтов. У меня низкий уровень кадмия. У меня есть ТТГ. Дефицит глюкозо-6-фосфат дегидрогеназы. Что мне делать?! И тут разворачивается целое поле битвы, театр военных действий с самим собой и собственным временем, деньгами – из-за полученной информации, которая – парадокс! – так и не стала знанием.


И никакого отношения к здоровью всё это не имело, не имеет и иметь не может: здоровье это то, что кому-то зачем-то нужно. Чтобы делать что-то в реальной жизни, а не на бланках анализов, выписок и заключений.


А значит, чтобы найти здоровье, нужно понимать, зачем оно нужно и что от него хотим и ожидаем. Поэтому и ищем вместе – сначала. А уже потом – направления, осмотры, анализы, назначения, коррекция назначений, оценка эффективности.
Если вдруг сразу не полегчает от того, что кто-то взял на себя окаянство видеть меня, какой я есть, а не какой почему-то должен (для чего и для кого?) быть. Полегчает, потому что, оказывается, я имею право на такую жизнь, которой я хочу жить, а не какой жить мне кем-то положено. Ну да, я чему-то не соответствую и на что-то не способен. Но способен же я на то, как я жил до всех этих правильностей и здоровостей? Может, ну их тогда? А доктор пусть будет такой, что по честноку скажет: вот это вот вполне, а вот тут явно уже перебор. И не отменит всю предыдущую жизнь, заставляя жить правильно, но не по-моему. А только лишь здесь поможет чуточку сбавить скорости, а тут — наоборот, подбавить. И вернемся тогда к нормальному медицинскому принципу (а не теперешнему — техническому): medicus curat, natura sanat (врач сопровождает, природа исцеляет)?

Что делаешь, то и можешь

Привычно воспринимать собственные действия и их результат как некий процент от потенциально возможного. Ну да, так получилось, потому что я был уставший, злой, больной, мне мешали, я прокрастинировал, отвлекался, был голоден, было жарко и холодно.


А так бы все было иначе. По-другому. Лучше. А не так, как получилось.
И сама мысль о том, что так, как получилось, это единственный вариант в сложившейся ситуации внешних и внутренних событий может быть опасна.
Это что же, все, что и как я делаю, это все, на что я способен «на самом деле»?
Но постойте, ведь тогда у каждого ротозея, бездельника, лентяя и бездаря появляется железное оправдание!

Не стоит переживать. Оно у них было сразу, до этого — в результатах их попыток виноваты все, кроме них самих. «Так вышло», «и так сойдет». А вот терзаться, терзать других, тратить на это силы и время — удел вечно стремящихся сделать «как правильно».
Обратная, так сказать, связь или модно выражаясь — рефлексия.

Беда в том, что определяющие «правильность» — это зачастую лишь внутренние образы, заставляющие бояться. И вся корректировка и желание сделать получше — лишь беготня от собственного страха оказаться плохим, ненастоящим, безответственным. А вообще-то — самим собой, которого особо не знаешь, побаиваешься и на всякий случай держишь в рамках — как бы чего не вышло.

Вопросы об этом возникают, когда сил на удержание себя в рамках собственных убеждений по оценке себя другими уже не осталось: сил на действия тратится меньше, чем сил на удерживание тревоги, страха и отрицания себя настоящего в угоду стремления к себе идеальному (этические традиции вообще заявляют, что ты только тогда человек, а не мартышка, когда ты стремишься преодолеть себя. А все остальное время ты и есть мартышка. Тебе же противно считать себя обезьяной? Вот и старайся изо всех сил!).


Так может, имеет смысл выбрать, на что силы тратить просто интересно? И использовать интерес как компас — вышел на интерес — откуда только силы взялись, да и результат тоже интересный получается…

Меньше знаешь — крепче спишь?

Довольно часто люди принимают решения спонтанно, на ходу. Например: болит голова? — приму обезболивающее; не помогло? — приму еще и еще. Не помогло? — выпью другое, порывшись, естественно, в интернете на форуме, где все описывают, что самое лучшее помогает им. А к врачу сходить? А обследоваться? Да ну, зачем, у всех вокруг головы регулярно болят!

Почему так происходит?

Для принятия серьёзных решений необходима уверенность в том, что собрано достаточно данных о проблеме, она проанализирована и получена достоверная информация. Чувство неизвестности и неопределённости исчезает. Это крайне важно, т.к. разные люди по-разному справляются с дискомфортным по сути состоянием неопределенности — кто-то может его вытерпеть, пока не докопается до сути, а кто-то не может, поэтому хватается за первое же объяснение.

Таким образом, предполагаемым критерием является качество знаний, а реальным — состояние психоэмоциональной сферы (спокоен и уверен или нервный и неуверенный).

Если я в чём-то уверен, причины этой уверенности для меня вторичны, главное — что она — уверенность — есть здесь и сейчас, этого вполне достаточно для принятия решения.

В условиях увеличения плотности входящей информации её потребитель может лишь калибровать её, как подходящую или неподходящую. Критерий её «правдивости» определяется понятностью (асилил — малобукаф), общепринятостью, мультипликацией и скоростью её передачи и распространения.

Я выбираю образ, которому хочу соответствовать, и пытаюсь соответствовать информации, которую продуцирует или транслирует другой, обладающий похожими качествами.

Когда выкармливают недоношенного новорождённого, для вычисления необходимого объёма молока используют формулу, учитывающую реальный вес. А оценку его веса проводят, сопоставляя его реальный вес с долженствующим.

Если бы объём молока определялся тем самым «долженствующим» весом, у ребёнка было бы очень много проблем с усвоением. Тем не менее, за недоношенного решения принимают мать, неонатолог и педиатр, а за взрослого человека — его собственные представления о «норме», «долженствовании» и «реальной ситуации».

И какое это имеет отношение к анализу ситуации перед принятием серьёзного решения?

Самое непосредственное. Задавая вопрос, будь готов получить на него ответ. Кому нужен этот ответ? Пациенту? Лечащему врачу? Тренеру? Маме, жене или знакомой?

В тех случаях, когда ответ действительно нужен именно тому, кто этот вопрос задаёт, не будет никаких метаний, сомнений и ожиданий. Если ответ нужен тому, кто взял на себя ответственность по задаванию его (врач, мамочка, etc.) — сомнений тоже нет: ответ на вопрос нужен не мне, а им.

А вот если сам себе вопрос задать боишься, так как не знаешь или не уверен, что будешь делать с результатом — тут и возникает ступор. Поэтому большинству проще не знать.

Проще начать худеть, чем смотреть за сахаром и фракциями холестерина. Проще дать антибиотик ребёнку, чем сдать банальный клинический анализ крови и мочи. Проще начать «детокс», чем разобраться, какого именно рода интоксикация имеется.

День медицинского работника

Или «день медика».
Почему про него зачастую не знают те, кто с медициной никак не связан?
Потому, что это профессиональный праздник, его отмечают имеющие к медицине отношение.
Те, кто с медициной еще не соприкасался, или уже перестал– счастливые люди, не правда ли?
Казалось бы, всё логично: если что-то существует параллельно с твоей жизнью и настолько отлажено, что даже может быть не заметно – какой резон помнить о подобных днях и датах?
День учителя – тут всё ясно: первое сентября, массовый приток людей в обучательную среду, хочешь – не хочешь – а всё равно дату помнишь — мы все учились понемногу.
23 февраля и 8 марта – тут тоже более-менее понятно: все мы поделены на М и Ж, ну и как же не поздравить человека с его половой принадлежностью?

Ну а день космонавтики? Или МЧС? А день врача? А день защиты детей? И день повара? День милиции (полиции)?
Ну вот кому это надо, тот пусть и помнит. Нас ведь это не касается, мы же не повара, не врачи и не космонавты. И тем более не полиция! Это они там чем-то своим занимаются, а мы пользуемся результатом их трудов. Пока нас это не касается лично. А даже если касается – зачем нам понимать, как оно там все устроено — в пожарке, больнице, милиции, на кухне ресторана, в соцзащите, на космодроме?
Нам про них должны рассказывать и кино показывать (причем, интереснее, чем в нетфликсе), а сами мы их помнить не должны. Живём и живём, не дай бог с ними контактировать напрямую, максимум – с результатами их труда. Зачем нужен космонавт? Фотки, видео и голос через комлинк, красивые старты, отчеты, костюмы, тюбики с едой, невесомость.
Врач? Белый халат, что-то сложное, потом все здоровы и живут как обычно. Или нет, всё плохо, никак не можешь влиять, халаты одинаковые, непонятно с кем разговаривать, что делать.. Но кто я такой, думать об этом заранее?
Защита детей? Вообще непонятно, раз работают хорошо – дети защищены. Наверное так, иначе зачем это всё?
Повар? Я хочу вот это заказать в меню, затем это ем. Что, из чего, как? Не моё дело.
Полиция? Да я вообще не желаю их видеть, если работают – значит я их и вспоминать не обязан.
В результате мы составляем общество потребления (и производства) сервисов, в котором практически никто не хочет знать, как эти сервисы устроены (про свой знаю, мой самый важный, а что мне до других?). При этом — вот ведь какой парадокс! — чем лучше сервисы работают, тем меньше они для нас видны. А вот когда они становятся для нас заметны — это значит, они же плохо и работают. Поэтому и поздравлять с их профессиональными праздниками нам незачем. И благодарить тоже не за что. Тем более — уважать.
Вот так и живем — каждый сам по себе. И потому в профессиональные праздники поздравления мы получаем только от собратьев по цеху.

Проанализировали несколько источников — про СВО, про COVID-19, про санкции и ещё несколько.
Три четверти «обсуждений» занимают сообщения людей, не владеющих никакой (никакой) оперативной информацией, которые пытаются анализировать текущую ситуацию исходя не из собственных знаний, умений и навыков, а из шкалы тревожности.

Больше тревожности, больше общего уровня образования и (возможно) достижений — больше псевдообоснованных «предположений», больше всего, естественно, панического характера, завуалированного в «негативную оценку» или «разбора провалов».

С точки зрения практикующих специалистов, в том числе нашего скромного мнения, это абсолютно разные процессы — фактология, «объективный анализ вне знания деталей» и «эмоциональные варианты решения вопросов».

Если те, кто желает в вышеупомянутые сообщества срочно писать нужную (выстраданную, накопленную, нестерпимую) информацию, будут анализировать её через призму собственных (вполне нормальных и обоснованных) страхов — считаю, конструктива прибавится.