Иногда я слышу про себя:»Жаль.Ведь хороший был врач». Прямо как про умершего. 

Странно немного, ну да ничего. Ведь говорят это те, кто воткнул тогда меня всего в собственный идеальный образ. Ну и пока мне не составляло труда ему соответствовать, я занимался своим делом, а не этим соответствием. А потом, когда доделал ту часть, занялся следующей. И точно так же — пока соответствовал ожиданиям, оставался в них без проблем. 

Проблемы начались, когда я вдруг решил, что это теперь навсегда и стал там еще и устраиваться поудобнее. Но дело требовало продолжения, и с удобствами не получилось — они для дела выеденного яйца не стоили. И как оказалось, только выйдя за пределы этого мирка, можно было эту часть дела завершить — изнутри структура никак не складывалась.
И теперь, осваивая следующую часть дела — а сколько их еще осталось — для меня самого интрига -, отношусь к любым внешним атрибутам своего благополучия с осторожностью — а вдруг оно опять начнет мешать? 
Вдруг ради того, чтобы оставаться при деньгах, званиях, статусе, движимости и недвижимости надо будет юлить, хитрить, лавировать, конкурировать? 

Наверное, для кого-то это его дело и есть.
А для меня — нет. У меня оно свое. Те, для кого это дело нужно — знает. И не говорит:»Жаль, хороший был врач».  

Один-одинешенек

Каждый человек понимает происходящее не так, как другие. Пусть он и солидарен в целом, но всегда есть его собственные нюансы. И они делают позицию каждого уникальной. 

Только не надо забывать, что кругом тоже сплошь уникальности, ничем не хуже и не лучше тебя. Это как минимум позволит не бросаться на амбразуры, доказывая, что твоя точка зрения самая правильная и самая оригинальная. А как максимум — понять, что те, кто принимает твое мнение как истину — это те, кто не хочет (или не может) иметь свое собственное, желает быть ведомым и уверенным, что в случае чего виноват не он сам, а тот, кто «повел его за собой». 

Не зря же такие люди и употребляют слово «повелся». 

А вот принять, что никто, даже самые близкие, до конца не смогут тебя понять, а, скорее — как они и делают постоянно — принимают тебя со всеми твоими тараканами, относясь к ним терпимо и не пытаясь тебя переубедить — это действительно сильно. И поэтому практически недостижимо, кроме как в отдельные моменты, на словах.

Вот как я сейчас…

Будь здоров!

Психика может быть надежным партнером тела. Или его безжалостным эксплуататором. Если первое — это здоровье. Если второе — болезнь. Наладить диалог между ними — это и есть лечение — помогать учиться доверять себе, слышать и чувствовать себя. 
Природа лечит, врач сопровождает. Но ведь природа — это как раз тело и есть. А медицина — посредник между психикой и телом — позволяет воспринимать мир таким, каков он есть на самом деле. Во всей его полноте и разносторонности. Ну или — по-психотерапевтически — амбивалентности. Не может этот мир быть только идеальным — психологическим или только материальным — физиологическим. Или же только плохим, или только хорошим. Он и тот, и другой одновременно, а ты настроен в данный конкретный момент воспринимать его только односторонне. Но помимо той стороны, с которой ты сейчас соприкасаешься, обязательно есть и другая. Помнить об этом — уметь быть собранным. Хороший тонус — залог здоровья. 
Как и хороший аппетит. Не только к еде — к жизни. Хороший — это значит умеренный и разборчивый.   
Лучше меньше, да лучше — это тоже здоровье. Перечитывать хорошую книгу, вместо того, чтобы поглощать новинки, а потом говорить «так себе». Общаться мало, зато с удовольствием. Двигаться просто, но регулярно. Получать удовольствие от деликатесов по праздникам, а не жевать их на завтрак, обед и ужин. Обдумать свою собственную тривиальную мысль, нежели возгораться чужими умностями. Переживать за реального человека, а не о персонаже сериала. 
И вообще — жить просто. Уменьшая таким образом количество ненужного. Ведь избыток — это сейчас главная причина всяческих болезней. Всего слишком много, и оно все слишком запутано. Нами же самими. 
Скорее всего, чтобы чувствовать свою значительность и непримитивность. Ведь не хочется же быть простым как батон за семь копеек. Вот и пыжимся, вот и создаем себе проблемы на пустом месте из выеденного яйца. Употребляя для этого массу сил, эмоций, интеллекта, умных слов. А потом сокрушаемся, что их так много и они все такие непонятные. 
Как и мы сами. Уникальные, единственные и неповторимые. Обижаемся, когда нас успокаивают — у тебя ничего особенного, ситуация типичная, таких как ты — сто миллионов на Тайване. Не может быть такого, моя проблема — она самая тяжелая, самая трагичная, самая неразрешимая. Я же ведь настоящий Эдип, Тантал, Прометей, Ио, Антигона. Не могу я быть просто Марусей, или просто Толиком. Поэтому и иду к психологу — я не лентяй, у меня прокрастинация. Или вообще депрессия как новая ступень психологической зрелости перед креативным рывком. 
А сказать себе — да, я лентяй, и мне так хорошо — почему-то нельзя. Почему? Ведь можно же жить, не надрываясь в потугах догнать сверстников, которые уже (женаты, на должности, с квартирой-машиной, третьим высшим и т.д.). Зачем это «уже»? Ведь именно оно и портит тебе настроение и вынуждает отказываться от простой и здоровой жизни с удовольствием. 
Если «уже» убрать, то все сразу встанет на свои места — тебе это неинтересно. Может быть пока, может быть вообще. А интересно что-то свое, что ты вечно обесцениваешь в тот момент, когда вспоминаешь о сверстниках, которые «уже».  
Ну и будь ты сам собой, со своими интересами, пусть даже простыми и неамбициозными. Ведь амбициозные — они ведь тоже простенькие. Но то, что их разделяет множество народу, делает их ого-го какими. Ну и пусть разделяет. А тебе и не обязательно. 
Если, конечно, не сидишь на чьей-то шее и не считаешь, что тебе обязаны. Иди своим путем — и будь здоров! 

Ты где?

Ожидать — это бездействовать. Что-то сложится и произойдет, кто-то появится и вот тогда…
Рассчитывать на других — это ничего не делать. А знать, что делаешь прямо сейчас и зачем ты это делаешь — это не ждать. 
Свой мир — это мир своих действий, а не мир своих ожиданий. 
Самость — это мир того, что ты уже совершил и того, что совершаешь сейчас. Другого не будет. Люди в твоем мире появляются и исчезают, в зависимости от того, содействуют ли они или больше нет, совершают ли они свои действия в том же направлении, что и ты, или больше нет. Если это направление не их, то они просто отворачивают в сторону от тебя. Если же их — просто продолжают двигаться рядом. Нет никакого взаимного принуждения. Каждый идет своей дорогой и делает свое дело. Даже если им кажется, что эта дорога общая. 
А взаимопомощь — она ради удобства. И все эти слова о самопожертвовании, о принуждении, о манипуляции — это ложь, придуманная как раз для манипуляции. 
Просто потому, что каждому из нас определенное время необходимо уделить подчиненности и связанными с ним ощущениями того, что тобой командуют и тебя эксплуатируют. 
Это тоже часть жизни, необходимая, чтобы научиться ей.  Без этого можно остаться человеком, который подчиняется только своим прихотям и не умеет подчиняться поставленным перед собой целям. Это ведь тоже подчинение, ничуть не хуже, чем подчиняться другому человеку. 
Ну и так по каждому пункту: надо научиться терпеть, надо научиться соглашаться и отказывать, надо научиться отдавать и дарить, надо научиться держать цель, надо научиться бояться, надо научиться думать и чувствовать одновременно. 
Это все те огонь, вода и медные трубы, пройдя через которые можно стать самим собой. Нет, не так: не стать, а понять, кто ты есть на самом деле. И уже действовать, исходя из этого понимания, а не методом научного тыка. 
Правильно сказал Д.В.Винникотт — любой хороший анализ не сможет быть завершен без анализа этого завершения. 

Почему нельзя вылечить своих

Потому что они не считают себя обязанными выполнять назначения, если не заплатили за это. 

Вот если заплатили, то да, оно того стоило. Ведь они же отдали свое, кровное, как раз за то, чтобы быть внимательными. То есть купили себе неукоснительное выполнение рекомендаций. 

А это и есть главное условие эффективного лечения.

Но своим не платят, разве что снисхождением — вот, видишь, я к тебе обращаюсь, даже позвонил. Наградил тебя авансом вниманием и временем, которое выделил на общение с тобой. 

Хотя, если так посудить, кто ты есть для меня — малек, которого леденцами потчевал и на коленке качал (варианты — в песочнице с тобой дома строил, в кабаке пиво вместе распивал). 

А теперь вот, оказывается, врач.

Ну и слушать буду вполуха, ну и выполнять стану не обязательно.  
Ведь это же не то, чтобы к кому-то записываться, ждать, пробиваться, напрягаться, ловя скупые фразы и шифрованные рецепты. А потом снова записываться и ждать. 

Там уж приходится платить по полной — временем, терпением, мышлением, деньгами. 

А со своими не надо — доступны по телефону, в любое время дня и ночи, хоть каждый день, неограниченно. 

Поэтому и не ценно — ведь никуда не денется, можно капризничать, или вообще наехать — что ж ты, голубчик, я ж тебе доверился, а ты мне такое назначил, что не просто не помогает, а точно хуже стало. Вот мне пару лет назад одно светило такое назначило, что я просто летал, жалко, что оно умерло (эмигрировало, в другую больницу ушло), а у меня рецепт его не сохранился. 

Или — чего же ты трубку не берешь, никак до тебя не дозвониться, небось, за деньги с кем-то разбираешься, а на своих наплевать. 

Или — чего же я тебе с поздравлениями звоню, а ты даже и не спросишь, как я себя чувствую. 

Поэтому хорошо, что сейчас медицина специализированная — всегда можно сказать, что ты узкий специалист и совсем не по профилю — у него насморк, а ты — отолог, у него кариес, а ты — пародонтолог, у него мениск, а ты — специалист по тазобедренному суставу. С чистой совестью можно послать. По профилю. 

Ну а самое надежное — сразу выучиться на психиатра. 

Тогда уж точно если и будут жаловаться, то не на себя, а на других родственников. 

 На что существует универсальный ответ, снимающий все дальнейшие обсуждения: «Привозите. Полечим».