Каждый знает: дети — это цветы жизни. Бесконечная радость и такая же бесконечная головная боль для родителей. Столько всякого надо делать, чтобы ребенок рос здоровым, умным, успешным. Чтобы не отставал от сверстников, а лучше — чтобы превосходил их.
И здесь действительно начинается головная боль. Потому что эти три характеристики имеют громадные разночтения — сколько людей, столько мнений.
Ну ладно, здоровым — более-менее понятно: без соплей, без температур, хорошо кушающим и какающим тоже хорошо. Набирающим вес, рост, гемоглобин, силу в мышцах как минимум не хуже, чем у детей в соседних колясках на прогулке. А вот с умом и успешностью — тут вообще полная неразбериха. От обучения речи с первого триместра беременности до непрерывных спецмантр над колыбелью новорожденного. От ранних поездок ко всяческим местам силы и мудрости до прямых внушений.
Да еще многочисленные родственники со своими принципами, которые ну никак нельзя проигнорировать! Потому как будут наезжать в гости с инспекциями и, обязательно находя воспитательные изъяны, вещать: «Мы же предупреждали!».
Вот и маются родители под массированным обстрелом всяческих мнений и идей, мечась между интернетом и авторитетом родни — свое вставить некуда! И понятно, нередко впадают в самую натуральную панику-истерику: кто прав? Но тут им на помощь приходит собственный ребенок.
Как раз тем, что начинает болеть. Ну не справляется организм с необходимостью соответствовать всяческим ожиданиям родителей-бабушек-педагогов. Слишком много сил на это приходится тратить — а ведь еще расти надо. Вот и съезжает ребенок в сопли-температуру-низкий гемоглобин (сюда можно до бесконечности добавлять любые физические болячки). Отдохнуть ему надо от соответствований. Ну а нам всем — вытаскивать его назад, на светлый путь развития.
И здесь возникает одно частое, но почти незаметное препятствие. Под названием мама. Ну нет, конечно же, не та мама, которая делает все, чтобы помочь ребенку стать сильным, умным и успешным. А та, которая незаметно для самой себя делает все так, чтобы быть для ребенка жизненно необходимой.
Стоп, а разве ее положение не дает ей этого? Представьте, что нет. Когда ребенок здоров, он может сам играть в соседней комнате, оставаться с бабушкой, ходить в сад. Казалось бы — наконец-то маме можно заняться собой и своими делами. А что, если ребенок как раз и был ее самым первым по-настоящему своим делом? Если беременность впервые позволила ей не ходить на ненавистную работу, перестать быть Золушкой в семье, обратить внимание и заботу окружающих на себя? А потом дала право сконцентрироваться на вновьприбывшем, да еще получив, может быть тоже впервые, заслуженное признание близких? И возможность рулить ими ради, конечно же, благополучия ребенка?
Понятно, сколько бонусов? Кто же от них по доброй воле откажется?
Но отказываться надо — время пришло, ребенок стал-таки более-менее самостоятельным. И внимание окружающих переключается на него. Хорошо, если мама к этому времени действительно найдет себе дело по душе. А если нет? Значит — следующего! Тем более, государственный тренд. С определенными соцпривилегиями. А не получается — значит, сконцентрируемся изо всех сил на текущем. Будем с ним неразлучны — от курсов раннего развития до похода на апелляцию при поступлении в ВУЗ.
Здорово, если на пути такой мамы встретится волшебник и внушит, что ее ребенок одаренный (вообще-то все дети одарены, но каждый — своим, не всегда родителям симпатичным — они хотят Эйнштейна, а он — Рой Джонс). Положить на него всю материнскую жизнь, развивая талант — история многих известных нам реальных персонажей. А если не встретится, то сценарий может быть другим.
Мы с такими сценариями все время сталкиваемся в профессиональной практике. Это когда мама текущие проблемы ребенка воспринимает как болезнь. А так как диагностика сейчас выше некуда, то что-нибудь найдется обязательно. И превращаясь в предмет пристального внимания и неустанных забот матери, заболевание с очень большой вероятностью становится хроническим. Ведь каждое обострение возвращает ребенка в те времена, когда он был беспомощным, целиком зависел от мамы и принадлежал только ей!
Эмоционально самое идиллическое для их отношений время. Ну как не воспользоваться такой возможностью! Ребенку — побыть маленьким, окруженным маминой заботой. Маме — окунуться в заботу, в которой она — сильная, мудрая и самая-самая любимая. И пусть ценой таких отношений является болезнь ребенка. Выгоды обоим она приносит существенные.
И именно поэтому упорно не хочет сдаваться. Даже при назначении самых новейших и технологичнейших средств лечения. Биться с такими болезнями приходится годами. Потому что не будешь же биться с мамой, для которой эта болезнь — чуть ли не единственная возможность заявить о себе и обратить на себя внимание? Или с ребенком, для которого болезнь — единственный отдых от постоянных претензий?
Вот почему у клинических психотерапевтов соматизация считается самой трудноизлечимой проблемой. Потому что она — воспитанный в детстве способ сбегать от психологических трудностей во вполне себе достойное физическое заболевание. И потому же многие больные с обидой говорят о бесчувственных медиках, отправляющих их к психотерапевту. К которому они, конечно же, не пойдут, а будут искать сердобольного доктора для пожизненного назначения им лекарств и выслушивания разнообразнейших жалоб.
А потом мы удивляемся — чего же врачи из медицины уходят?
