Не люблю я сотовый
Конечно же, не в этой штуковине дело. А в том, что происходит, когда она начинает мурлыкать.
Логика простая – мурлычет – значит ты кому-то понадобился. А кому может понадобиться врач? Правильно, тому, кто хочет срочно вызнать про своё вдруг испортившееся самочувствие. И тут есть разные варианты.
Кому-то резко поплохело и он звонит, чтобы пошатнувшееся здоровье поправить. Или хотя бы успокоиться, что в целом не полный ещё кирдык. Ну, это ладно, дело нужное: сказано – сделано.
А есть звонки – ну как про это помягче сказать – не знаю даже. В общем, на том конце провода кому-то надо показать свою крутость перед кем-то. И он там тебя по сотовому при всех набирает – смотрите, какие специалисты у меня в кармане – сейчас всё вам про ваши болячки выдадут! То есть ты и не нужен там вовсе как специалист. А нужен как показатель крутости того, кто может так вот запросто тебя задействовать. Потому что вопросы при этом обычно задаются идиотские. Ну и ответы на них – соответствующие.
Противно, что такое себе позволяют очень не посторонние люди. Близкие и даже родные. Им там свой рейтинг поднять нужно, а Виагра кончилась – но тут ты, в списке нужных людей! Вот и выручай!
И еще один вид звонков, отвечать на которые в лом. Не потому что жалко ответить. Жалко – что в никуда. Это когда позвонят, ты всё подробно объяснишь, он там всё запишет, а потом перезванивает – что дальше-то? – не помогает. А ты всё сделал? Ну, ты знаешь, этого не было, это не получилось, бумажка, на которой записывал, куда-то запропастилась. А почему звонишь через месяц, когда всё должен был сделать в три дня? Да не до этого, если честно, было: у собаки роды сложные, у тестя юбилей, а мы сегодня только с отдыха возвращаемся, вот и звоню.
Тут-то они и пробиваются, эмоции. Потому что – зачем спрашивать, если не делать? На вопрос этот, в-общем-то, простой, ответить никто не может. Или не хочет?
Понятно теперь, почему не люблю я сотовый? Да, правильно – потому, что с его помощью из меня делают канализационный сток. Телефон замурлыкал – готовься к проблемам. Можно по пальцам пересчитать звонки с хорошими известиями. А уж таких, когда за этими известиями не следуют какие-то просьбы – вообще не бывает!
Наверное, для молодого, начинающего врача такая коммуникация – благо: знаний через край, сил и энтузиазма – тоже. Так что сеять разумное, доброе, вечное направо и налево – легко. Плюсы – ты нужен, ты в центре событий, ты состоёвываешься как врач, завоёвываешь собственную аудиторию. И приятственно, и пользительно. До тех пор, пока не начинаешь понимать, что слив, который так вот организовывается, превращает тебя в человека, рассматривающего небо через… ректороманоскоп…
И тогда начинаешь сопереживать гинекологу из старого анекдота, который только что вышел после трудового дня на улицу: “Солнце! Небо! И – лица, Лица, ЛИЦА!”
Каждому – своё
Зачем к врачам идут? За здоровьем, конечно. Но что такое здоровье – никто толком не знает. Знают только, что это когда ничего не беспокоит.
Ерунда, на самом деле. Живого всегда что-нибудь, да беспокоит. Не спина – так супруга. Не безденежье – так изжога. А надо, чтобы не беспокоило. Вот с этим к врачам и идут.
Вот бы так – отрезали-выдернули – и не беспокоит. И тогда докторам почёт и уважение. Но не будут же они желудок резецировать, чтобы от отрыжки избавить. Или кастрировать, чтобы жена не приставала! А делать ведь что-то надо, не зря на врачей учились. Столько лет зубрили названия болезней, их причины, следствия, методы диагностики и лечения. Что, где и при чём должно хрипеть, уплотняться, затемняться, дёргаться, отекать и менять окраску. И чем, куда и сколько нужно пичкать, чтобы всё это прекратилось.
То есть врач – это тот, кто всё знает про болезни. А к нему идут за здоровьем! Про которое он знает столько же, сколько и больной, который к нему приходит. Получается – вроде бы они про одно и то же, а на самом деле – нет.
Больной и доктор на приёме - каждый со своей идеей. И пока не поймут оба, о чем они, эти идеи, лечение пойдет, мягко говоря, непродуктивно. Ладно, про абстрактную вещь – здоровье. Но ведь получается, что у них идеи болезни, программы оздоровления и последовательности действий тоже разные. Поэтому оба много важных деталей пропускают мимо ушей за ненадобностью для своей концепции и программы.
Ну действительно, как может врач услышать среди прочего, что гражданин с гипертонией и высоким холестерином хлещет с утра кофе и курит, чтобы взбодриться перед приходом сильно любимого и столь же гиперактивного внука, которому надо будет заменять до вечера целый детский сад компенсирующего типа?
И наоборот – как мама услышит, что надо расстаться с ветчиной на бутерброды ребёнку в школу и булками дома? Если кроме этого в ребёнка запихнуть ничего нельзя. А потом ещё – ведь придется всем остальным в семье тоже от них отказаться!
Не услышать проще, чем услышать и не знать, что с услышанным делать.
И так по каждому пункту. Поэтому – рекомендовать врач может много и правильно, а вот как это воспримет пациент – вопрос. Продиктованное-написанное может быть так им переиначено, что только диву даёшься – как такое я мог назначить? Поэтому докторам приходится постоянно заниматься писаниной – и для больных, и для себя самих, чтобы потом не съезжать по стулу от добросовестного выполнения пациентом его же собственных вариаций на тему врачебных назначений.
А врачебное неслушание определяется направлением его слушания. Каждый специалист обычно имеет затверждённую схему информации, важной для постановки диагноза и назначения лечения. А если есть важная – значит, будет и неважная. Это для пациента она представляет интерес – его же, родное. А врачу главное – отделить субъективные данные от объективных.
В разных специальностях этот объектив разный. В доказательной медицине в поле зрения врача то, что относится к выверенному статистическому размаху: укладываются данные в одну картину – назначаем один стандарт диагностики и лечения, укладываются в другую – другой. Не укладываются – отправляем к психологам.
В психоанализе рассматривают то, что считает главным направление, которому учился специалист. Разных психотерапий и их “кочек зрения” много: оговорки, сновидения, рисунки, реакции на кляксы, особенности расстановки игрушек в тазике с песком, напряжённая мышца, жестикуляция, болевая зона – всё это по отдельности указывает на внутренний психологический конфликт человека с самим собой, от которого его болячки и проистекают.
В гомеопатии, хотя все симптомы и жалобы принимаются к сведению, тоже, в зависимости от школы, одни считаются важными, а другие – нет (но это уже за кадром, больному знать про это не надо, главное – чтобы высказался, а мы уж потом по своим реперториям и материям сами выберем). В компьютерной медицине вообще пациент может говорить всё что угодно, главное – что выползет на дисплее – токсины, глисты, кармическая отягощенность. Ну и список лекарств и всяких биорезонансных частот, всё это излечивающий. Сколько разных компьютерных комплексов – столько разных причин и списков.
Так что есть из кого выбирать больному: если веришь в научный прогресс – двигаешь к интернистам с апробированными лекарствами или к компьютерщикам с оцифрованными, стандартизированными алгоритмами считывания индивидуальных биополей. А если в волшебную силу искусства – добро пожаловать к гомеопатам за крупинками с алхимическими названиями на горошках или к психотерапевтам с их тайным знанием языков тела.
Тот специалист, интерес которого совпадает с идеей пациента, выиграет. Главное, чтобы дальше помогло…
Вся жизнь как театр…
Человек – существо зависимое. Не менее (скорее – более) всех других животных. Зависимостей всяких масса – от своего тела, языка, способа мышления, культуры, мнений, эмоций. Все вместе они определяют наше поведение. Этакую смесь хотений-желаний-ограничений. Это нужно, без этого будет хаос. Поэтому всё и прививается-воспитывается.
А воспитание – это обусловливание. Ради вписывания ребёнка в общество. Которое состоит из таких же обусловленных.
И никуда от этого не денешься. Только и можно, что подмечать за собой – кем и чем обусловлен. И как поведение в данный момент от этого зависит. Даже и не менять – наблюдать. Не принимая всерьёз. Играя в это. А всерьёз воспринимать только то, что это – игра. Хотя тоже всерьёз лучше не надо – а вдруг это обусловлено зависимостью от развлечений?
Но всё равно, игра – это очень важное и нужное дело. Потому что только человек может играть всю жизнь. Игра у зверей – она ведь совсем всерьёз. Маленькие задираются, носятся, орут и ломают – это звериная игра. Более старшие играют уже в кого-то и во-что-то – вот это игра чисто человеческая. А потом игры откладывают и начинают думать, что они взрослые. Ну а игра при этом продолжается. И если мы отказываемся играть осознанно, жизнь продолжает играть нами как инструментом. Органом-органом. И мы становимся пешками в природно-социальных играх. Которые навязывают нам свои роли в соответствии с совсем даже немногочисленными сценариями.
А мы всерьёз играем – психуем, тужимся, гордимся – сами не зная, почему. Не умея (нам ведь никто об этом не рассказывал) понять, что это – только роль в игре. И можно на всю жизнь остаться ребёнком, обижаясь за оценку или гордясь ей.
Но ведь оценка – она за то, как роль играешь, а не за то, каков ты на самом деле (вот ещё вопрос – а каков ты на самом деле?). Потому что – кто есть ты сам, а не роль – никому толком не известно. Биологическая – роль (детёныш, самка, самец, родитель, вожак, охранник-охотник), социальная – тоже роль (ребёнок, женщина-мужчина, супруг-мать-отец, начальник, законник, добытчик). Если относимся к этому как дети – то и играем всерьёз. Хотя вроде и договаривались, что понарошку.
Так что пока выбор небольшой: или знать, или не знать. Хотя, вообще-то есть ещё одно состояние. А про него есть старый анекдот.
Расценки в парижском публичном доме: “Отдых с девушкой – 100фр. Наблюдение за отдыхом с девушкой – 200фр. Наблюдение за наблюдающим – 500фр.”…
Ну и как вам такое состояние – быть во всех трех позициях одновременно?
Можно потихоньку пробовать. Тогда вся жизнь становится большим представлением. В котором ты – в своём театре – пишешь пьесы, ставишь и играешь их. Соблюдая при этом законы жанра, которые до тебя были созданы природой и редактированы человеком.
Приговор оглашен. Как жить дальше?
Добрый день, уважаемые авторы! Замечательный у Вас сайт, и почитала, и посмеялась, и поразмышляла…
И согласна теоретически со многим, но на практике есть заболевания с которыми не пошутишь и здоровым образом жизни не избавишься. Живёшь себе на белом свете, не увлекаешься вредными привычками, спортом занимаешься, кроме стоматолога врачей не знаешь, выглядишь образчиком оптимизма и благополучия, вдруг бац! – ДИАГНОЗ, такой, что земля из-под ног уходит. Что, откуда, почему??? НЕ ХОЧУ!!! Откуда аутоиммунные изменения, рассеянный склероз? Закрыть глаза, сказать себе, что всё хорошо, и бегать, покуда бегается, само рассосётся?
Вот такое письмо. Которое действительно касается не наших умопостроений, а конкретной ситуации конкретного человека. И требует эта ситуация своего разрешения. А оно, в свою очередь, тоже должно начаться с умопостроений – как жить, как относиться, что делать. Что ж, попробуем ответить на этот непростой вопрос, не растекаясь мыслью по древу.
Уважаемый Читатель! Ситуация, о которой Вы пишете, встречается в нашей практике часто. А точнее – всегда, когда человек узнаёт о том, что серьезно болен. Ну, правильно: живёшь себе, живешь, вдруг незаметно так подкрадывается абзац – и как снег на голову. Почему и за что – никто толком не знает. Вроде бы XXI век за окном, нанотехнологии, геном человека расшифровали. А тут не понимают – и всё! Лечить предлагают, гарантий – никаких!
Правда, знакомая картина? ›› Читать полностью
Спортзал каждый день
Гиподинамия – вот к чему нас обязательно приучают с детства. И называют педагогическим словом “усидчивость”. А иначе как отсидеть пять дней в неделю по восемь часов в офисе, еще пару-тройку – в пробках, еще пару-тройку – у телевизора?
Нас приучили, а организм не переделали. Ему обязательно надо двигаться. Движение обязательно требуется, чтобы правильно усваивать пищу. Нет движения - еда не нужна. Ведь ее усвоение обеспечивает организм энергией. А энергия нужна для движения! Вот такой вот замкнутый круг.
А еще движение – ответ на стресс. Организм для этого полностью мобилизуется: усиливает выработку гормонов надпочечников и щитовидной железы, ускоряет передачу нервных импульсов, увеличивает тонус сосудов и скелетной мускулатуры, улучшает кровообращение и дыхание, повышает давление, тормозит пищеварение.
Неважно, что является источником стресса: артиллерийский обстрел, бабулька, резвой ланью сигающая под ваш автомобиль, увольнение или получение ордена. Организм реагирует на всё одним, первобытным, способом – увеличением двигательной активности, силы, сообразительности. Для того, чтобы побить агрессоров и убежать. Он реагирует – а мы ему воли не даем. Ведем себя как приличные, воспитанные люди.
И куда же всё тогда расходуется? А никуда. Остается подолгу в таком заведенном и нерастраченном виде. Да еще и суммируется – ведь стрессы валятся со всех сторон. Ну и выходят, понятно каким боком. Тонус сосудов и учащенное сердцебиение – гипертонией. Ускорение нервных импульсов – неврастенией. Напряжение мышц – радикулитами, артритами, стертыми зубами. Прерванное стрессом пищеварение – язвами, холециститами, панкреатитами-диабетами. ›› Читать полностью
Ожирение – с чем его едят?
Человеку с большой массой тела такое название понравится вряд ли. Сразу ассоциируется с детским “жиртрестом”. То ли дело - дородность, корпулентность, солидность. Но как ни назови – а проблема от этого не решается. И ведь, главное – проблема не только размеров, но и здоровья. На пути к нему есть препятствия, о которых и пойдет наш разговор.
В медицине для ожирения есть диагноз – “дизметаболический синдром”. Переводится как “комплекс симптомов расстройства обмена веществ”. Изучают его с разных сторон. И теперь назначили виновным во многих заболеваниях, которые раньше считались заболеваниями сами по себе. Гипертоническая болезнь, к примеру. Ишемическая болезнь сердца с атеросклерозом. Изрядная доля сахарного диабета.
Короче – дело серьезное. Тем более, когда выяснили, что там обязательно еще почки и мозг повреждаются.
Тут-то и вырисовывается интересная вещь. Выходит, ожирение – это не распущенность вовсе. Не чревоугодие-обжорство-лень. А малоизученная, трудноизлечимая болезнь. Недуг, который требует серьезного врачебного наблюдения и помощи. Так что нечего на меня коситься, советовать меньше есть и больше двигаться. Я и так все это знаю. А почему не делаю? Потому что – болею!
Вот вам и преграда номер один. Болезнь, да еще про которую мало чего известно наверняка, кроме того, что лечить ее надо, но пока не очень понятно, чем. Но которая просто голоданию и физическим нагрузкам без скрупулезного исследования и длительной терапии точно не поддастся. Ну и стоит ли тогда этим заниматься? Дождемся, когда найдут айболиты на нее управу, а пока не будем истязать себя нагрузками и постом. ›› Читать полностью
Не умеешь петь – не пей.
Что такое похмелье? Это - отравление, по-научному – интоксикация. И возникает оно в связи с образованием в организме самых настоящих ядов. Дело в том, что на определенном этапе обмена веществ из спирта получается уксусный альдегид, а если алкоголь некачественный и содержит метиловый спирт, то также образуется муравьиный альдегид – тот самый, в котором трупы в моргах замачивают.
Сии боевые отравляющие вещества вызывают паралич мелких сосудов, в результате чего падает системное артериальное давление, от которого организм защищается спазмом, чтобы сохранить жизненно важный центральный кровоток. В силу этого резко снижается кровоснабжение всех без исключения органов и тканей. Отравление тканей мозга, к примеру, проявляется отвратительным самочувствием: головокружением, головной болью, неспособностью сфокусировать внимание, расстройством двигательной активности и координации, тошнотой, нарушением вегетативных функций типа потоотделения, проблемами с моторикой кишечника (обратная перистальтика ведёт к рвоте, отрыжке, а вялость, атония – к задержке стула). Со стороны сердца при таком раскладе - повышенная частота сердцебиений, с помощью которого пламенный мотор хоть как-то хочет скомпенсировать кислородное голодание, прокачать кровь в органы. Не тут-то было! Само сердечко тоже кровоснабжается плохо. Ему хотя бы себя обеспечить – не до жиру, быть бы живу…
Собственно, описав основные проявления воздействия вожделенного алкоголя на многострадальный организм, мы можем плавно перетекать к методам смягчения последствий! ›› Читать полностью
Вопросы и ответы про ОРВИ
ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ ПРО ОСТРЫЕ РЕСПИРАТОРНЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ, ИХ ТЕЧЕНИЕ И СИМПТОМЫ
Респираторные – это к дыхательной системе относящиеся?
ОРВИ – устойчивый термин, означающий инфекции верхних дыхательных путей. В их группу входят (наиболее распространены) грипп, парагрипп, риновирус (поражает преимущественно слизистую носа), аденовирус (поражает преимущественно лимфоидную ткань – миндалины, а также конъюнктиву глаза), респираторно-синцитиальный вирус (поражает более глубокие отделы дыхательной системы: бронхи, мелкие бронхи-бронхиолы и вплоть до альвеол).
Про особенности – как отличить ОРВИ от всего остального (чтобы в процессе самолечения, если уж оно происходит, не навредить).
Вопрос здравый – подавляющее большинство видов инфекционной патологии имеет определённый инкубационный период (время накопления паразита в теле для создания критической массы: типа, нужно набрать кодлу, чтобы бросить в атаку, иначе бестолку нападать), за которым следует период продромы (предболезни). Он проявляется синдромом интоксикации (отравления), то есть набором неспецифических симптомов типа вялости, вредности, усталости немотивированной, вегетативными расстройствами (потливость, головная боль, тошнота, послабление стула), отечностью слизистых (заложенный нос, насморк, слезотечение и т.п.). Длится – примерно те же 10 дней, что и «простуда».
Именно таким образом люди переболевают в скрытой форме всякими достаточно серьёзными заболеваниями, типа гепатита А, формируя к ним пожизненный иммунитет :).
ОРВИ в России диагностируется почти исключительно клинически (т.е. без лабораторного подтверждения). При осложнениях – да, уже делают всё по полной программе. Ну и у детей вирус ищут, потому что у них болезнь может опаснее протекать (например, парагрипп в виде крупа, аденовирус в виде серьёзного конъюнктивита или мононуклеозоподобного синдрома). ›› Читать полностью
Как работает закаливание
Смысл закаливания заключается в увеличении сопротивляемости организма как результат постепенных и постоянных целенаправленных влияний, которые так или иначе задействуют адаптационные механизмы.
Механизм влияния на эти системы универсален: рецепторы кожи воспринимают различные раздражители и активизируют вегетативную нервную систему.
Она же обрабатывает полученный сигнал по-разному: стимулирует расширение сосудов (и вообще, их регуляцию – расширение/сужение), активирует внутренние вегетативные центры, которые контролирую скорость сердцебиения, частоту и глубину дыхания, артериальное давление.
То есть, закаливающие факторы постепенно приспосабливают к новым условиям вегетативную (т.е. независимую от указаний ума) регуляцию деятельности всех органов и систем , так как вышеперечисленные механизмы стимулируют, например, работу надпочечников, щитовидной железы, скелетных мышц, процессов энергетического обмена (расщепление и накопление энергии в виде различных веществ).
При правильном подходе, первейшим условием которого являются постепенность и отсутствие спешки (введение в режим не менее 2-3 месяцев), а вторым – постоянство, обеспечивается серьёзнейшая поддержка внутренних резервов организма, что заметно проявляется в виде сопротивляемости различным инфекциям, а также психологической и эмоциональной устойчивости.
Что ни возьми – солнечные ванны, гидротерапию, баню – всё требует постепенности, неторопливости и постоянства воздействия.
Например, тот же контрастный душ можно начинать принимать следующим способом – в процессе помывки постепенно повышать градус воды, до тех пор, пока перестанет быть комфортно, затем снижаешь до обычной температуры, какое-то время так стоишь, затем – понижаешь до температуры, при которой всё ещё комфортно. Постепенно диапазон температур увеличивается, скорость изменения увеличивается.
С баней принцип тот же самый.
Про гормональные мази
Как известно, на лекарства тоже есть мода.
Мода своеобразная, потому как формируется несколькими, да еще и не на шутку так противоборствующими сторонами.
С одной стороны – врачи. Они предпочитают действовать по принципу: “если помогает, то незачем искать другое”. Врачи в этом плане очень и очень аккуратны. Вплоть до консерватизма. И их можно понять! Попробуй, замени привычный, давно себя зарекомендовавший препарат на новый, а у больного – обострение. И если потом вернуться к старому, то он уже может и не справиться с обострением. И придётся опять что-то искать, подбирать, советовать. Так что уж лучше не рисковать. Не зря ведь первая заповедь врача – «Не навреди», и только вторая – «Сделай благо».
С другой стороны – фармакологи. Тут полный восторг! Потому как фармакология – это сплошной поиск нового. Фармакологи – они между двух огней: как сделать новый препарат, который будет и сильнее старого, и безвреднее. Да еще и дешевле в производстве. Из-за того, что фармакология – это теперь сфера большого бизнеса. На которую денег не жалеют. Но и постоянного результата требуют. Так что, хочешь – не хочешь – изобретай. И доказывай, что это новое – оно намного лучше старого. Чтобы денег на новые исследования и разработки выделяли. И чтобы врачи-консерваторы верили и смирялись с регулярным исчезновением старых, надежных лекарств. Тут уж, конечно, много как исхитряться приходится.
С третьей стороны – больной. Больному ведь как – новый препарат, значит хороший! Старые – они старые во всех отношениях. Лучше новый. А ещё лучше заграничный: так надёжнее.
С четвёртой стороны – продавцы. Продавцу ведь что главное? Верно, продать товар. Данный навык вполне себе отточен, дабы минимальными технологическими усилиями (новая форма препарата: вместо порошка – леденцы, или новое название – более броское и не такое замыленное) показать, что новый – он по всем параметрам лучше старого!
Ну да я увлёкся. ›› Читать полностью