Три варианта маршрута
Любой из нас рано или поздно встает перед необходимостью выбора. Выбора маршрута всего своего жизненного пути. Независимо от профессии, которую уже выбрали и по направлению к которой движемся.
Что это за маршруты такие? Да вот они, здесь, перед глазами. И становятся совсем очевидными в ответ на простенький, казалось бы, вопрос: что важнее для тебя лично – работа или семья?
Понятно, что вначале все пожмут плечами и скажут: А чего тут выбирать? Ведь и то, и другое – необходимо
Так-то оно так. Но ведь все равно – что-то из этого каждому необходимо больше, чем другое. Это женщинам, в первую очередь, понятно. Кто-то из них бросает ради замужества и ребенка перспективную учебу и работу. А кто-то – наоборот – планирует-регламентирует отношения с учетом сессий, аспирантуры, должности. Семья и дети у них – внутри этого плана, в специально отведенное на то время. Так же, как у первых – учеба и работа в плане семейных дел.
Ну ладно, с этим понятно. Выбрали. Работу, к примеру. И что? Где еще маршрут? А он здесь же. И понимается в ответ на вопрос: тебе что важней – специальность или карьера?
Опять же каждый еще раз пожмет плечами: А тут-то что выбирать? И специалистом хочу стать классным, и чины-звания-должности получать. Ну да, желание вроде правильное. Но для одного сплошное удовольствие сидеть-разбираться в нюансах предмета деятельности. А для другого – в хитросплетениях отношений с коллегами. Одному – формулы-автомобили-операции любы-дороги. Другому – встречи, переговоры, совещания, фуршеты. Один бьется над задачей, другой – над управлением теми, кто ее решает. Один предпочитает учиться по книгам, другой – на тренингах.
То есть сфера профессиональной деятельности у них может быть одна, а вот предметы – разные. И в этом они друг другу нужны, так же, как и делу, которым они заняты.
Теперь видна разница?
Просто в каждом из нас сильнее (от рождения ли, от воспитания ли, а, скорее всего, – от того и от другого вместе) один из этих трех видов человеческой практики. И есть смысл понять – а к какой сфере склонен ты сам? Чтобы потом не метаться, глядя на других – чего же это они к моим годам достигли, а я все еще…
Потому что в каждом таком «все еще» много такого, чего у других-то как раз и нет. Нет продвижения по службе? Зато дети в заботе и ласке. Брак не заладился? Зато на работе ценят и уважают. Если мы на свою дорожку встали вовремя, не стараясь ухватить все и сразу – так или иначе, получится все. В свое время.
Ну а как понять, что твое, а что – нет? Да просто. Когда своим делом занят – ты спокоен и уверен в себе. Как только мы сами (и еще – наше окружение, считающее, что мы «способны на большее») начинаем переключаться на «не нашего ума дело» — все, душевное равновесие потеряно. И можно тысячу раз себя уговаривать в том, что «гармоничное развитие существует, и я должен к нему стремиться» — никакие уговоры к спокойствию не приведут.
Не отсюда ли столько болезных, которые просто идут не своим маршрутом? И заняты не своим делом?
За пределами компетенции специалиста
В очередной раз встречаясь с семьями, в которых ребенок учится не так, как бы этого хотелось родителям и педагогам, и не находя у него искомые «болячки», на которые можно было бы возложить ответственность за такое положение, задумываемся – а в чем же все-таки причина? Все, вроде бы, стараются, прилагают максимум усилий – знаний, времени, денег, нервов – а ребенку всё это как-то не в прок.
Нет, конечно же, если очень постараться, то можно найти и какие-нибудь отклонения электрической активности мозга, и несовершенство психомоторной координации, и погрешности в диететике, режиме, нагрузках, из-за которых растущему мозгу не достает питания. И все тогда облегченно вздохнут – понятно, дело пусть хоть в самой минимальной, но всё-таки мозговой дисфункции! Значит, родители не виноваты, учителя не виноваты, ребенок не виноват – виноваты врачи, которые с рождения говорили, что всё в порядке, а потом оказалось, что лечить это надо было ещё задолго до. Ну, значит, будем лечить сейчас! Но чтобы сразу – с первой таблетки – и в Нобелевские лауреаты!
Не будем никого обвинять. И оправдывать – тоже не будем. Так же, как и следовать современному постулату здравоохранения – «нет людей здоровых, есть недообследованные». А попробуем все-таки посмотреть на ситуацию из-за пределов чисто утилитарного и – чего греха таить – удобного для всех сторон принципа назначения ответственных за.
Начнем с простого вроде, тривиального даже вопроса – что надо, чтобы ребенка чему-то научить? Для этого, конечно же, в первую очередь должен быть тот, кто обладает знаниями, каких у ребенка нет. Чтобы ему было, у кого учиться. И этот «кто-то» — не обязательно учитель. Нет, неверно. Он учитель, но не педагог. Может ли педагогом быть собака, чьему лаю ребенок подражает? Или – дождь, от которого та же собака прячется, показывая ребенку пример, как не промокнуть? Или курящие кругом взрослые? Они – не педагоги, но они – учат.
Почему так происходит? А потому, что в природе ребенка (любого рода, вида, отряда) заложено учиться. Если не заложено – он долго не протянет. Ведь «учиться» — это одно из проявлений инстинкта самосохранения. А он «говорит»: «Перенимай у тех, кто взрослее тебя, здоровее тебя, умнее тебя, умелее тебя. Видишь – они выросли – и не погибли. Значит, надо и тебе стать на них похожими, чтобы в живых остаться».
У животных это совсем очевидно – они учатся, подражая. И у ребенка такое подражание очень сильно. Оно и заставляет его «курить» шариковую ручку, если взрослые кругом дымят, как паровозы. И цапать сотовый телефон в те редкие минуты, когда мама отрывает его от своего уха. Для ребенка всё это (включая и вредные привычки) – признаки взрослости. К которой ему надо стремиться, чтобы выжить.
Педагогика к этому инстинкту подключается, уже осознанно его используя. Подключается, чтобы научить тому, чему считает нужным. Уже не для выживания, а для вживления. Культуры в ребенка и его в культуру.
А культура – это то, что человек производит из природы. Сталь из руды, бензин из нефти, речь из дыхания, человека из примата. Не будет производить – все одичает, вернется к первозданному состоянию – яблоки станут кислыми, груши – горькими, дороги зарастут лесами, выжившие животные озвереют. Поэтому человек непрерывно производит всё заново, тем самым культуру поддерживая. Потому что – не станет культуры – не станет и человека.
Вот педагогика и занимается тем, чтобы производить новых производителей культуры. Задача для человечества крайне важная. И очень трудная. Потому что главная задача – научить тому, что для природы не нужно. А местами и вообще губительно! Научили с детского сада опрятности — создали еще одно поколение истребителей лесов на туалетную бумагу (оспорьте меня – ведь не зря на рулонах гордая надпись – «не содержит макулатуры»?), воды на синтетику, животных и растений – на еду, обувь и одежду, недр – на топливо. И хотя педагогика вроде учит к природе бережному отношению, на самом деле речь идет всего лишь о том, что человек – хозяин в своей отнюдь не беспредельной уже кладовке, запасы из которой он должен по-умному расходовать.
Ну а трудность педагогики всегда в том, что ребенку надо привить интерес к учёбе. И при этом чтобы не задавался вопросом — а пригодится ли ему когда-нибудь то, чему он учится. Потому что такого рода вопрос ставят в тупик взрослых людей, которые давно уже своё отучились. Ну ладно, чтение, письмо, счет. Потом – родной язык и какой-то другой для всякого общения (причем – именно для общения, а не для жалких попыток чтения классиков середины девятнадцатого века, которые малопонятны уже для современных носителей языка). Основные вехи истории человечества и своего народа, его же природу и географию. Ну конечно же, принципы мироздания, каким мы его сейчас понимаем. А дальше? Зачем география морей по карте, если ребенок пролетел – проехал – прошлёпал с родителями больше, чем тот, кто его заставляет зубрить совсем некурортные названия «Колыма» и «Парана»? А тем более – знакомые, можно даже сказать – родные – «Хургада» или «Кемер»?
Или геометрия. Заниматься вручную три года тем, что плоттер делает в десять минут? Тем более, что геометрия – это уже и не геометрия вовсе, а самая настоящая папирометрия: не на земле же ребенок расстояние высчитывает, не рулеткой, нивелиром и линейкой, а циркулем, транспортиром, угольником на листочке такой формы и гладкости, которой в природе не увидишь.
Вот и получается, что чем дальше, тем дальше. От конкретики, реальности, природы, практики. В абстракцию, виртуальность, культуру, теорию.
Вы скажете: «Но это же необходимо – жизнь сейчас такая». Да, согласен, такая. И народу на порядки больше, чем рабочих мест, на которых что-то производят – от ракеты до растворимой каши, от ботинок до фильма. Остальным, получается, конкретика не очень-то и нужна. А вот суперабстракция – извольте. Надо же следить за стоимостью денег и других ценных бумаг. Надо же создавать ажиотажный спрос и оперативное предложение. Дел-то сколько! Ровно на всех остальных, ничего не производящих, но продающих, покупающих, ссуживающих, распределяющих, предлагающих, навязывающих, регламентирующих, оспаривающих, анализирующих. И обучающих всему этому!
Как раз такое время сейчас называется «эпохой символической экономики». То есть – были дензнаки, а превратились – в денсимволы. А что за знаки за этими символами стоят — уже не видно. Да и зачем морочиться и морочить остальных? Лучше уж следовать давнишней уже психологической присказке «как-бы». Как-бы учиться, как-бы работать, как-бы общаться. И воспринимать все как чистую условность. При этом не помнить, что это – условность. Веря на слово. А слово – оно ведь как писаный им закон – куда повернешь.
Поэтому нельзя современному ученику прививать вкус к предметной деятельности — а ну как захочет сам производить. Что же ему, бедняге, в луддиты итти, с автоматами воевать? Лучше уж сразу сформировать живущего в абстракции. И работающего там же. Так всем спокойнее – и ему, и нам.
Только есть одна незадача. Пока ребенок растет, в нем еще остается что-то природное. Что, собственно, и определяет его рост изнутри. Не хочет, а все равно растет! Как взрослые не хотят, а все равно стареют. Вот эта досадная помеха не позволяет ребенка сформировать таким, каким диктует общество. Все равно погрешности будут. Биологического толка. Но именно погрешности (а никакие не болезни!) и то только с точки зрения планировавшего получить желательный образовательный результат. Но не с точки зрения природы. Там это не погрешность, а вариация, которая является основой многообразия, а значит – адаптивности вида. Но планировавший формирование в этот план, похоже, погрешность не закладывает! А сразу норовит дефекты разыскивать. И ведь находит! Потому что специалисты всякие ему в этом помогают – не зря ж учились!
Педагоги, конечно же, о таких вариациях знают. Хотя и не всегда. А ведь самая очевидная из них – настолько привычная, что и за вариацию не признается. Ведь из поколение в поколение самый лучший, самый способный ученик рано или поздно вырастает в кого? Правильно – в девушку или вьюношу. У которых, сами понимаете (на что никакого врачебного образования не нужно), созревает что? Тоже правильно! Причем – и в теле, и в уме. Отключить эту новую, непривычную и для ученика совершенно не нужную функцию психолого-педагогическим путем, без хирургического вмешательства невозможно никак. А с наличием таких природных составляющих направление мышления неизбежно переключается. В лучшем случае – с физики на физика. Или с литературы на филолога. Если, конечно, пол и возраст соответствующие. А во всех других – вернуть мышление в сторону учебы требует титанических усилий!
Ну и что, воспринимаем мы такой природный финт как болезнь?
Поэтому и ставят себе педагоги начальной школы (то есть тогда, когда из ученика еще природа с такой силой не выпирает) главную цель – научить ребенка учиться. Натренировать его слушать, слышать, отвечать, концентрироваться на задаче, самостоятельно делать домашние задания, работать над ошибками. И относиться к этому ответственно. Тогда и в периоды переключения созревающего организма на другие, отнюдь не абстрактные объекты, учеба пострадает в меньшей степени.
Но это, понятно, идеал. А вокруг – сплошные реалии. В соответствии с которыми ребенок начинает систематически учиться не с семи лет, когда его организм именно для этого занятия созрел, а с трех-четырех. Потому как без систематической дошкольной учебы в школу не возьмут. Или возьмут, но в «очень слабый» класс. Потому-то и курсы подготовки к школе, на которые ребенка за пару-тройку лет до его полных семи водить начинают, очень часто у него дальнейшую охоту к учебе отбивают начисто. То есть – первоклассник – он и не первоклассник никакой, а опытный учащийся, знающий про школу практически все и уже уставший от привычного хода учебной жизни с ее уроками и заданиями. Это нам, родителям, можно рассказать про «игровую форму» занятий». Но, как ни крути, это уже не игра.
Ну и как, скажите, научить учиться того, кто от этой учебы устал? Соблюдать правила – можно. А вот внутреннего интереса, если он уже потерян, тем же самым заново не создать.
Конечно же, существуют талантливые педагоги, которые цепляют-таки почти потухший костерок интереса и тщательно его оберегая, не заваливая топливом, разжигают заново. Но не все же этаким талантом (помноженным на ангельское терпение и адский труд) обладают! И если работать по программам – правилам – все, костер засыпан окончательно. И учить приходится на стимулах – кнутах или пряниках – это уже не главное. Главное, что не на детском интересе.
Без интереса – скучно. И лениво. В компьютере-телевизоре – нет. Во всем остальном – да. Вот и растет скучающее поколение, мечтающее поскорее вырасти, чтобы отстали с учебой. И при таком отношении учебой занимающееся формально. Про все слышали, видели, читали, ничем не удивишь, не заинтересуешь. В суть углубляться не интересно, тем более, что для понимания надо приложить усилие. А зачем, ведь столько информации на поверхности. И в средствах этой самой информации тоже все прозрачно – они сами проблему поставили, сами же ее и растолковали. А информация, как известно, без собственной переработки в знание не превращается. Потому что знание возникает в применении информации на практике. А практика – как мы тут рассуждаем – чисто символическая.
Вы резонно спросите: «Так что же делать? И возможно ли вообще с этим что-то поделать?».
Можно. И возможно. А умещается это «можно» во фразу, которую произнесла опытный главврач неопытному еще заведующему, который на ночном дежурстве не стал вызывать коллегу из другого отделения, а сам прооперировал их больного. Фраза эта – «Тачает сапоги сапожник…».
Действительно, лучше заниматься каждому своим делом. По отношению к детям – в первую очередь. Семья должна холить, лелеять, растить, поддерживать, обеспечивать. Детский сад — быть теплицей, в котором семейный саженец потихоньку окрепнет в общении и игре. «Началка» — первая по-настоящему учебная площадка молодняка, на которой научат на всю оставшуюся жизнь стремиться к знаниям и добиваться их собственным трудом. Средняя школа – копилкой знаний, которые обязательно пригодятся всем в поколении. ВУЗ – кузницей кадров нужных специалистов, наравне с колледжем и училищем.
Наверное, всё так в конце-концов и будет. Если доживем все вместе до эпохи космической экспансии. Чего без объединения человечества ожидать не приходится. И это значит – долго-долго еще дети будут учиться так же, как сейчас. А мы будем их заманивать радужными перспективами, потом понукать, потом лечить и тянуть на своем горбу в светлое будущее. Чтобы рано или поздно получить от них за это простое человеческое «спасибо»…
Сложное дело
Оказывается, совсем непростое дело — попросить. Ведь для этого необходимо признать свою нужду. И не просто нужду — невозможность (а тем более — нежелание) собственных усилий к получению искомого.
Ну представляете, как трудно принять факт, что я чего-то не могу сам! При этом согласившись с тем, что кто-то рядом — может. Значит, если он может, а я — нет, что же — я хуже? Глупее, ленивее, неповоротливее, невнимательнее?
Получается, что так. И попросить — значит, признать это. Причем не потихоньку, самому себе. А вслух, да еще тому, у кого просишь!
И это влечет за собой еще многое. Например, что тот, у кого ты просишь, хотя бы в этот момент и с этим своим качеством тебе необходим. А еще значит, что он в этом силен, а ты — слабак. Сильный разве просит? Он берет. Потому что сильнее. Или может отобрать у слабого, или в силах сделать сам. А ты не можешь. Потому и просишь.
Значит — унижаешься. Заведомо. Ведь неясно, как к этому отнесется тот, у кого просишь. А вдруг он этим решит воспользоваться? Заставит служить, плясать на задних лапках? И потом не даст, чего просишь! При этом всем раззвонит, как ты перед ним пресмыкался!
Так что попросить — очень тяжелая, унизительная задача. А могу ли я так унизиться? Чтобы потом и другие, и я сам себя не уважал? Нет, конечно! Поэтому — просить не буду никогда. Буду требовать, настаивать, что имею на это полное право. Или гордо молчать и ждать, пока сами не дадут! Ведь обязательно рядом есть хоть один сердобольный, у которого совесть говорит: «Дай ему, дай, видишь, как мучается!».
Поэтому если человек не просит — знайте, что у него обязательно есть, кто ему без просьб даст. И не будьте еще одним таким дающим без просьб. Потому что если кто-то что-то получает просто так — впрок это не пойдет никогда. Да еще и сделает непросящего не просто потребителем, а потребителем, уверенным, что все ему должны! Просто за то, что он существует. И соизволит брать, что ему подносят.
Ну прямо совсем как младенец — сосунок!
Так что давайте не будем своей жалостью пополнять ряды (и без того не маленькие) инфантильных членов общества!
Орган — целая часть или часть целого?
Кто из нас не слышал следующих высказываний: «У вас страдают почки!», «У вас плохо с сердцем!», «Печень отказывает!», «Пора заняться лёгкими!».
Вроде бы все ясно — какой-то из органов дал сбой. А что такое орган на самом деле? Давайте разберёмся.
Орган — функционально-структурная единица организма, выделенная естественно-научной частью человечества достаточно условно для вполне конкретной работы с организмом в целом. В переводе с греческих-латыней этот термин означает «инструмент», «орудие». А организм — это собрание таких инструментов-орудий. Но, в отличие от напрашивающейся аналогии с механизмом, организм — живой и имеет вполне определенную цель — поддерживать целостность и жизнеспособность (каким образом — это отдельная интересная тема на потом).
Поэтому орган и организм друг без друга никуда. Ведь, с одной стороны, орган — часть целого. С другой стороны, организм состоит из таких частей, и хотя бы без одной из них не является целостным.
Сугубо прагматичная медицина смотрит на орган двояко. Как на предмет, который имеет структуру и имеет функцию.
Функция обеспечивается уникальными свойствами органа (эти свойства определяются их назначением для всего организма). А структура — вполне стандартна. В нее обязательно входят специфические ткани (клетки печени или мозга, к примеру). И обязательно — общие для всех остальных органов (сосуды, нервы, соединительная ткань).
При нарушении внутреннего равновесия (гомеостаза) начинается дисфункция того или иного органа и системы органов. Зная стандартность структуры, мы можем воздействовать на неё, косвенно влияя на функцию.
Ведь если мы знаем, что каждый орган имеет сосуды и нервы, а при страдании органа страдают также его сосуды и нервы, то воздействуя на них мы можем влиять на функциональную активность органа. Однако, при всём при этом, необходимо также разбираться с первопричиной нарушения функциональной активности.
Любая органная патология может быть условно разделена на следующие варианты — 1) первичное поражение функциональной ткани (травма, инфекция, атакующая конкретную функциональную ткань, аутоиммунная реакция, токсическое поражение и пр.) 2) функциональное нарушение активности (вторичное поражение) — за счёт расстройства кровотока и иннервации, во всех его проявлениях. Условность здесь в том, что кровоток и иннервация могут быть еще просто не сформированы — как у растущего ребенка — и тогда инфекция или интоксикация лягут на «благодатную почву» не умеющего еще им противостоять организма. И тогда первичное и вторичное поменяются местами.
Но не суть. Просто два варианта - два механизма воздействия. Этиотропная и патогенетическая терапия, как гласят классические руководства по патологии.
В руках врача — вопросы этиологии, «первички», первопричины, запустившей патологический процесс.
В руках пациента — реализация восстановления функционального обеспечения органа, восстановление его регуляции — кровоток плюс иннервация.
Именно отсюда идут навязшие на зубах у врачей и пациентов рекомендации — режим дня, диета, физические нагрузки, воздействие на вегетатику (тот же контрастный душ, или баня, например).
Надеюсь, понятно, к чему я веду?
Будьте здоровы :)
Свершилось!
Сегодня, после тяжелой и продолжительной битвы с социальной ситуацией развития, все авторы проекта стали не только врачами, но и научными работниками! От всей души поздравляем наших болельщиков с таким приобретением и торжественно обещаем радовать их новыми — квалифицированными, компетентными и конструктивными — материалами!
Права и обязанности — две стороны одной медали
Общество, как и обычно для общества, находится в состоянии брожения. Тут и там обсуждают, кто что должен делать, чтобы обустроить. Все всё хорошо знают и ясно представляют. Но есть один момент, который этим ясновидениям не дает воплотиться.
Суть в том, что все рассуждения идут вокруг двух вещей, которые друг без друга существовать не могут. И притом постоянно друг другу мешают. Это обязанности и права.
Посудите сами. Когда начинается разговор о недостатках общества, обязательно выходит, что те, кто что-то делать обязан, этого не делает. И для того, чтобы недостатки устранить, обязанные должны свои обязанности выполнять. Это — общее место для всех таких обсуждений. Второе общее место - несоблюдение прав. То есть права есть, а реализовать их нельзя. И виноваты в этом кто? Опять же те, кто соблюдение прав обеспечить обязан.
И там, и там — обязательно кто-то должен быть обязан!
А мы, знающие как обустроить? Естественно, сами-то делаем все, как положено. Это вот другие увиливают. Мы же — ни-ни! А раз такие законопослушные и правильные — значит, имеем право!
Мы ведь все обязательно имеем права. В конституции так и прописано — каждый гражданин имеет право. И в первую очередь — право на образование, медпомощь, соцзащиту.
Вот этим своим правом граждане ломятся в сады, школы, поликлиники, собесы. Логика железная: если я на что-то имею право, то другие это мое право обязаны обеспечивать. Педагоги — учить, врачи — лечить, государство — снабжать и защищать.
Имеющие право и требуют от тех, кто его обеспечивать обязан. Но категорически забывают, что без обязанностей прав не существует, как и наоборот. А значит те, кто обеспечивает, тоже имеют право! И тогда уже тот, кого учат, лечат, защищают, снабжают — тоже обязан! Учащийся обязан учиться, а не валять дурака. Больной обязан лечиться, а не строчить жалобы на врача, при этом запивая его назначения водкой и закусывая салом. Гражданин обязан платить налоги в казну, из которой его деньги идут на его же защиту и снабжение. Ну и обязан служить в армии, которая до его призыва его защищала и после дембеля защищать продолжит.
И если не придумывать миллион отговорок, почему мы не хотим быть обязанными, но при этом обязательно желаем иметь по праву, всё сможет, наконец-то, начать нормально функционировать. Образование, здравоохранение, оборона, бюджет. И планов по обустройству больше не понадобится. Ведь обустройство — это и есть знание всех и каждого про самого себя, а не про другого: «Любишь кататься — люби и саночки возить». И еще — что ты сам и есть тот, кто обязан. Самому себе, который имеет право.
Не верится? А может, все-таки, попробуем?
В защиту современного учебника
Родители жалуются: «Не понять, как дети могут учиться по таким… с позволения сказать, учебникам. И ошибок в них разнообразнейших полно, и закручено так, что и взрослый не всегда поймет, о чем вопрос и каков должен быть ответ». Правильно жалуются! Ведь если цитирование учебников в Комеди Клаб очень к месту — дело и впрямь серьезное.
Но должно же быть этому объяснение, кроме как: «авторы дебилы», «образование разрушено», «куда мы катимся»?
Похоже, есть. Не очень обнадеживающее. Но и не перекладывающее — что обычно — с больной головы на… другую больную голову.
Ответьте: учить детей надо? Ответ ясен — обязательно. А для чего? Тут уже есть варианты: чтобы образованными были; чтобы дурака не валяли, а делом занимались; чтобы в конце-концов стали самостоятельными (ну и еще несколько, мало имеющих отношение к реальной жизни высказываний типа — чтобы были успешными, личностями). Педагоги добавят — чтобы стали полноправными членами общества.
Вот этот ответ ведет к встречному вопросу - КАКОГО ОБЩЕСТВА?
И тут-то все встает на свои места! Ведь если общество само не знает, какое оно, так оно и не может знать, чему надо учить новое поколение. А это значит, что планомерность обучения сменяется его стихийностью. Совсем как в природе. Ведь там многообразие нужно для продолжения жизни за счет выживания видов, наиболее соответствующих новым условиям: чем больше видов, тем больше шансов, что хоть один из многих сохранится и распространится.
И это значит, что обучение теперь тоже на всякий случай должно быть очень разным (или по-научному — вариативным): эти специальности не пригодятся, зато другие понадобятся. Позавчера — юристы-экономисты, вчера — психологи — социологи, сегодня — менеджеры-приказчики, завтра — инженеры-сколкостроевцы, послезавтра — военные-строители, после-послезавтра — филологи-полиглоты с начальным космонавтским образованием. И так — до бесконечности:хоть кто-то обществом будет обязательно востребован.
А остальные куда? В лишние люди? Но это же кошмар — 80% населения образованных, скучающих, жуирующих лоботрясов-иждивенцев на 20% что-то производящих для всех. Проще поступить так — у этих, потенциально ненужных 80% отбить охоту к обучению! Так, чтобы дотянув-таки обязательное, они с облегчением о нем забыли (или на их языке — на него забили) до конца своих дней в простых человеческих радостях: похавать, потусить, потрахаться, слупить кредит на машину и в конце-концов с шеи отшедших в мир иной кормильцев-родителей благополучно пересесть на пенсию.
Поэтому образование сегодня — мощнейший социальный фактор отбора на целеустремленность, работоспособность, терпение, усидчивость, умение исполнять, умение соответствовать ожиданиям общества. И отменять эту высокую планку пока не для чего. Вот станет нас (что вряд ли, до очередного великого потопа во всяком случае) столько, сколько требуется не только для производства гумуса из потребленных для этого продуктов питания (величайший экологический смысл сей глобальной цивилизационной дефекации — переработка нынешней пищевой синтетики в качественное удобрение!), но и для других нужд природы и человечества — тогда-то образование получит четкий и ясный запрос от общества и очистит учебные пособия от хлама. А общество очистит все остальное от спама.
Вот тогда в чистые, незамутненные информационным шумом детские умы можно будет вкладывать разумное, доброе, вечное. Предварительно договорившись всем миром, что же все-таки это такое…
Для чего нужно хорошее зрение
Для того, чтобы читать состав товара, который нам упорно предлагают в магазине.
Действительно — этикетки яркие, броские, красивые. А состав на этой яркой этикетке — меленьким, сереньким шрифтом. Попробуй сослепу разобрать — плюнешь и купишь как есть.
А с хорошим зрением там можно много интересного прочитать.
Про продукты не будем — это в сети пережевывается постоянно и многократно. Вывод общий — есть сегодня вредно. А вот про парфюмерно-косметические закупки сделаем пару ремарочек.
Ремарка первая. Если в составе крема, лосьона, маски, шампуня Вы обнаруживаете слово «фитостерол», то знайте — это гормон — анаболический стероид растительного происхождения. Здесь важно не то, что растительный, а то, что гормон. И это, надеемся, в комментариях не нуждается.
Ремарка вторая. Когда острым взором Вы выхватываете из состава, нанесенного путем микроскопии на этикетку зубной пасты, шампуня, дезодоранта, мыла или жидкости для мытья посуды слово «Триклозан», тогда перед Вами — антибиотик Трихопол. И «вот с этого места — поподробнее».
Трихопол (метронидазол) — противомикробный и противопротозойный препарат широкого спектра действия. Придуман в «доспидовую эпоху» для лечения «третьей венерической болезни» — трихомониаза. Потом показания расширились до лечения разных инфекционных заболеваний (поэтому и «широкого спектра»). Сегодня применяется не только в гинекологии и урологии, но и в гастроэнтерологии, пульмонологии и хирургии. Подробности назначения трихопола не так интересны нам, спокойно чистящим дома зубы неизвестной пока по составу пастой, а вот его противопоказания и побочные эффекты уже заставляют задуматься. Поэтому приводим их без купюр.
Противопоказания
Повышенная чувствительность к метронидазолу или к другим нитроимидазольным производным; заболевания крови, лейкопения (в том числе в анамнезе); нарушение координации движений, органические поражения ЦНС (в том числе эпилепсия); печеночная недостаточность (в случае назначения больших доз), беременность (I триместр), период лактации.
С осторожностью: беременность (II-III триместры), лейкопения в анамнезе.
Метронидазол проникает через плаценту, поэтому не следует назначать препарат в I триместр беременности, в дальнейшем следует применять только в том случае, если потенциальная польза от применения препарата у матери превышает возможный риск для плода.
Метронидазол проникает в грудное молоко. Грудное вскармливание в период приема препарата должно быть отменено. Возобновлять грудное вскармливание следует не ранее, чем через 48 часов после окончания применения препарата.
Побочное действие
Со стороны пищеварительной системы: тошнота, изменение вкусовых ощущений, металлический привкус во рту, сухость во рту, снижение аппетита, спастические боли в брюшной полости, тошнота, рвота, запор или диарея.
Со стороны ЦНС и периферической нервной системы: головная боль, повышенная возбудимость, нарушения сна, головокружение, атаксия, депрессия, периферическая невропатия, судороги, шум в ушах, потеря слуха, дезориентация, обмороки.
Со стороны системы кроветворения: транзиторная лейкопения и тромбоцитопения; описан случай аплазии костного мозга.
Аллергические реакции: кожная сыпь, зуд, крапивница.
Местные реакции: зуд, жжение, боль и раздражение во влагалище; густые, белые, слизистые выделения из влагалища (без запаха или со слабым запахом), учащенное мочеиспускание; после отмены препарата – развитие кандидоза влагалища.
Прочие: редко – окрашивание мочи в красно-коричневый цвет вследствие присутствия водорастворимого пигмента, образующегося в результате метаболизма метронидазола; ощущение жжения или раздражение полового члена.
В период лечения Трихополом следует избегать употребления алкоголя, т.к. вследствие нарушения окисления этанола может происходить накопление ацетальдегида. В результате возможно развитие антабусоподобных реакций.
Влияние на способность к вождению автотранспорта и управлению механизмами
Следует учитывать возможность развития головокружения при назначении препарата пациентам, деятельность которых связана с управлением механизмами, особенно водителям транспортных средств.
Стоит только добавить, что всасываемость в ротовой полости практически приближена к внутривенному введению. И пусть доза антибиотика в пасте невелика, но зато перепадает не менее двух раз в день на протяжение многих месяцев или даже лет.
Теперь, надеемся, Вам полностью понятен смысл заголовка?
А вот витаминчиков бы каких!
- Помогите пожалуйста подобрать витаминный комплекс без минералов наиболее подходящий по своему составу для суточного потребления организма в возрасте 18 лет.
Ответ:
- Ассорти сырное
(гауда, чечел, дор блю, виноград, грец.орехи) 120/70/20
- Салат из свежих овощей
(помидоры, огурец ,болгарский перец, капуста красная) 200
- Солянка мясная сборная 250
- Говядина в беконе
(медальон из говядины завернутый в нежнейший бекон. Подается с овощами гриль) 150/100/30
- Свежие фрукты с мороженым 100/60
- Сок свежевыжатый в ассортименте 0,250
- Я имел ввиду витамины в баночке.
Ответ модератора ДК РМС:
Если Вы приняли приведенный выше рецепт (или просто нормально поели), то витамины из баночки Вам не нужны.
Не БОМЖ? Не мигрант? Не голодаете? В подводной лодке, космическом корабле на месяцы не заключены?
Вам не нужны витамины из баночки. Купите лучше яблок.
Никакие поливитамины не нужны человеку, не имеющего доказанного гиповитаминоза.
Для профилактики гиповитаминоза надо просто нормально есть — и никакого гиповитаминоза не будет.
Гиповитаминоз — проявляется не «снижением работоспособности», а развитием серьезных заболеваний. Но еще более серьезные заболевания развиваются при избытке витаминов.
Причем первые лечатся намного легче (заподозрив нехватку, проверить догадку лабораторно и ввести в рацион конкретный витамин (не поли!! а тот конкретный, которого не хватает)), а вот вторые….
Для повышения работоспособности лучше физкультуру, контрастные души, прогулки и пр.
Неплохи также интересная работа, занятость и качественный секс.
(с) Rusmedserv
От себя добавлю несколько слов.
Во-первых, химическая структура «настоящего» витамина это не просто какое-то конкретное вещество (аскорбиновая кислота — витамин C, тиамин — витамин B1, рибофлавин — витамин B2, и так далее). Витамин — это комплекс веществ, которые необходимы для усваиваемости конкретного действующего вещества в витамине. Тем самым, экстракт химического вещества даже и в намного большей дозировке имеет намного меньшую биодоступность для усваивания, чем «природные» аналоги.
Другое дело, что некоторые вещества из витаминов могут использоваться с совершенно иными целями, нежели восполнение физиологического недостатка. Так, аскорбиновая кислота — довольно мощный антиоксидант в высоких концентрациях. И это тоже можно использовать. Но не с целью «витаминизации».
Внимание — брак!
Самая роковая ошибка в браке — назначать супруга на место родителя или ребенка. И самому занимать соответственную позицию. Дело тут даже и не в нарушении взаимопонимания в диалоге, как об этом подробно пишет Эрик Берн. Там ведь все достаточно просто — отследили оба, натренировались понимать, кто когда в какую позу встает, ну и навсегда вошли в партнерский диалог. Идиллия!
А вот если супруги этого замечать не хотят? Ну, того, что жена начинает замещать мужу его мамку? Да так, что потом говорит: у меня на одного ребенка больше, чем в свидетельстве о рождении записано? Или сам муж сразу становится папиком для своей женушки, создавая для нее совершенно тепличные условия?
Ну и что же здесь рокового? Им же всем очень даже хорошо в таких ролях — каждый добирает то, что не смог получить у собственных родителей.
А рок — он в том, что дети (даже взрослые) обязательно должны вырастать из своих родителей! То есть — рано или поздно от родителей от-де-лить-ся. А как? Да так, как это делают все без исключения взрослые дети: сначала — заводят себе подругу (или друга). А потом и вовсе уходят из дома. И родитель ведь тоже человек — ему ровню подавай, не век же с мелюзгой возиться!
Понятно теперь, что такое адюльтер на самом деле?
Так что прежде, чем судить, проверьте — а какую роль в браке (помимо супружеской) играла сбежавшая/изменившая половина. И если ваши отношения тоже начинались с мысли: «Ничего, я это перевоспитаю» — комментарии излишни…