На что ни обратишь внимание — в сети, печати, на радио, тв — всюду сплошные обсуждения всего. Везде задается некая тема, про которую кто-то прилюдно спорит, а кто-то голосует по смс. Вроде бы правду хотят выяснить, к консенсусу прийти. Страсти кипят, народ отрывается не хуже, чем на корриде. Ну и где же эта правда в результате?

Все дело в том, что понимается под правдой. А их получается много, раз дело это до драки порой доходит.  Потому что правда — предмет сугубо индивидуальный. И зависит от собственной кочки зрения субъекта, принимающего сей предмет за правду. Как раз с этой-то кочки что-то видится правдой, а что-то — чушью. Сколько кочек, столько и правд. А общей нет и не ожидается. Парадокс — правды есть, а правды — нет!

Получается, что правда — это то, во что сейчас веришь (слово «vera» по-латыни и означает «»истина») лично ты сам. Чушь — это во что не веришь, что вызывает отторжение, не впихиваясь в привычную схему. Не факт, что они завтра не поменяются местами.

Вот, к примеру, употребляемые к месту и не к месту понятия «развитие», «духовный рост». А есть ли они на самом деле? То что наблюдается — это, скорее, охота за ними. Очень напоминающая погоню за собственной тенью — ты за ней, она — от тебя. За чем только человек при этом не гоняется — за успокоением, за признанием, за страданием, за единением, за властью (если не над другими — так над собой — суть от этого не меняется). И остается вечно неудовлетворенным — всегда найдется кто-нибудь, у кого есть то, чего нет у тебя.

А развитие, похоже — в очень болезненном и неприятном осознании собственных непреодолимых ограничений. Которое — к слову сказать — может остановить попытки пробить головой стену и направить-таки взор на открытую дверь.

Вспоминается, как один приятель по бойцовскому клубу, к слову — очень продвинутый боец — долгое время отказывался сдавать на пояс. Уперся — не буду, пока на шпагат не сяду.  Соревнования сам выигрывал, неплохую команду подготовил, ребята разряды получали, а он — ни в какую. Пришлось затаскивать на рентген тазобедренных суставов и показывать, почему шпагат у него не выйдет никогда. В скором времени обмыли пояс.

Так что отправляясь на поиски нового направления развития, стоит задуматься — а чем теперешнее не по нраву. И если в результате ответа на этот вопрос в итоге получаешь — скука,  рутина, непонимание окружающих, безденежье — значит не развиваться ты хочешь, а повышать рейтинг в социобиологической иерархии. Что вообще-то свойственно всем живущим. Только животные это делают естественно, а нам для себя обязательно высшую цель придумать  надо.  Чтобы хоть по отношению к нечеловекам почувствовать свое превосходство.

Вот откуда разные слова про одно и то же у себя и у остальных (животных, людей — дело десятое). Я работаю, все кругом дурака валяют. Я под сигарету судьбоносные решения принимаю, другие — языками чешут. У меня отношения, у других — секс. Я бытийствую, остальные существуют. Тогда я на коне. Пусть и в гордом одиночестве.

Или — строго наоборот. Тогда я жертва. Которой без развития — вообще никуда.

Хорошее слово развитие, удобное. Для профессиональных помощников в этом деле, готовых со всех сторон оказать свои услуги: хочешь — традиционные — религиозные, оккультные, хочешь — новоявленные — психологичекие. Хотя все до единой современные психотерапевтические концепции построены на древних философско-религиозных традициях даосизма, буддизма, индуизма, греческих мистерий. Посему, как веревочке ни виться…

Так что лично я (читай — именно сейчас) в слова «духовный рост» и «развитие» не верю (читай — считаю неправдой). И вслед за неизвестно, существовавшим ли наверняка, любимцем графа Толстого Лао-Тсе, повторяю — «Там где появляются слова — там исчезает Дао».

Посему — можете считать все здесь написанное — очередной ложью!

Конечно же, не в этой штуковине дело. А в том, что происходит, когда она начинает мурлыкать.

Логика простая — мурлычет — значит ты кому-то понадобился. А кому может понадобиться врач? Правильно, тому, кто хочет  срочно вызнать про своё вдруг испортившееся самочувствие. И тут есть разные варианты.

Кому-то резко поплохело и он звонит, чтобы пошатнувшееся здоровье поправить. Или хотя бы успокоиться, что в целом не полный ещё кирдык. Ну, это ладно, дело нужное: сказано — сделано.

Хуже, когда дело вроде бы серьезное и звонящему явно нужное. Но когда понимаешь, что он тебе звонит, потому что ему просто лениво вызвать врача на дом — отношение складывается понятно, какое. Ну и уже не удивляешься, почему он на тебя обижается, когда ты ему про вызов на дом говоришь — халява из под носа уходит!

А есть звонки — ну как про это помягче сказать — не знаю даже. В общем, на том конце провода кому-то надо показать свою крутость перед кем-то. И он там тебя по сотовому при всех набирает — смотрите, какие специалисты у меня в кармане — сейчас всё вам про ваши болячки выдадут! То есть ты и не нужен там вовсе как специалист. А нужен как показатель крутости того, кто может так вот запросто тебя задействовать. Потому что вопросы при этом обычно задаются идиотские. Ну и ответы на них — соответствующие.

Противно, что такое себе позволяют очень не посторонние люди. Близкие и даже родные. Им там свой рейтинг поднять нужно, а Виагра кончилась — но тут ты, в списке нужных людей! Вот и выручай!

И еще один вид звонков, отвечать на которые в лом. Не потому что жалко ответить. Жалко — что в никуда. Это когда позвонят, ты всё подробно объяснишь, он там всё запишет, а потом перезванивает — что дальше-то? — не помогает. А ты всё сделал? Ну, ты знаешь, этого не было, это не получилось, бумажка, на которой записывал, куда-то запропастилась. А почему звонишь через месяц, когда всё должен был сделать в три дня? Да не до этого, если честно, было: у собаки роды сложные, у тестя юбилей, а мы сегодня только с отдыха возвращаемся, вот и звоню.

Тут-то они и пробиваются, эмоции. Потому что — зачем спрашивать, если не делать? На вопрос этот, в-общем-то, простой, ответить никто не может. Или не хочет?

Понятно теперь, почему не люблю я сотовый? Да, правильно — потому, что с его помощью из меня делают канализационный сток. Телефон замурлыкал — готовься к проблемам. Можно по пальцам пересчитать звонки с хорошими  известиями. А уж таких, когда за этими известиями не следуют какие-то просьбы — вообще не бывает!

Наверное, для молодого, начинающего врача такая коммуникация — благо: знаний через край, сил и энтузиазма — тоже.  Так что сеять разумное, доброе, вечное направо и налево — легко. Плюсы — ты нужен, ты в центре событий, ты состоёвываешься как врач, завоёвываешь собственную аудиторию. И приятственно, и пользительно. До тех пор, пока не начинаешь понимать, что слив, который так вот организовывается, превращает тебя в человека, рассматривающего небо через… ректороманоскоп…

И тогда начинаешь сопереживать гинекологу из старого анекдота, который только что вышел после трудового дня на улицу: «Солнце! Небо! И — лица, Лица, ЛИЦА!»

Что характерно — на материал отреагировали те люди, к которым написанное отношения не имеет!

Зачем к врачам идут? За здоровьем, конечно. Но что такое здоровье — никто толком не знает. Знают только, что это когда ничего не беспокоит.

Ерунда, на самом деле. Живого всегда что-нибудь, да беспокоит. Не спина — так супруга. Не безденежье — так изжога. А надо, чтобы не беспокоило. Вот с этим к врачам и идут.

Вот бы так — отрезали-выдернули — и не беспокоит. И тогда докторам почёт и уважение. Но не будут же они желудок резецировать, чтобы от отрыжки избавить. Или кастрировать, чтобы жена не приставала! А делать ведь что-то надо, не зря на врачей учились. Столько лет зубрили названия болезней, их причины, следствия, методы диагностики и лечения. Что, где и при чём должно хрипеть, уплотняться, затемняться, дёргаться, отекать и менять окраску. И чем, куда и сколько нужно пичкать, чтобы всё это прекратилось.

То есть врач — это тот, кто всё знает про болезни. А к нему идут за здоровьем! Про которое он знает столько же, сколько и больной, который к нему приходит. Получается — вроде бы они про одно и то же, а на самом деле — нет.

Больной и доктор на приёме —  каждый  со своей идеей. И пока не поймут оба, о чем они, эти идеи, лечение пойдет, мягко говоря, непродуктивно. Ладно, про абстрактную вещь — здоровье. Но ведь получается, что у них  идеи болезни, программы оздоровления и последовательности действий тоже разные. Поэтому оба  много важных деталей пропускают мимо ушей за ненадобностью для своей концепции и программы.

Ну действительно, как может врач услышать среди прочего, что гражданин с гипертонией и высоким холестерином хлещет с утра кофе и курит, чтобы взбодриться перед приходом сильно любимого и столь же гиперактивного внука, которому надо будет заменять до вечера целый детский сад компенсирующего типа?

И наоборот — как мама услышит, что надо расстаться с ветчиной на бутерброды ребёнку в школу и булками дома? Если кроме этого в ребёнка запихнуть ничего нельзя. А потом ещё — ведь придется всем остальным в семье тоже от них отказаться!

Не услышать проще, чем услышать и не знать, что с услышанным делать.

И так по каждому пункту. Поэтому — рекомендовать врач может много и правильно, а вот как это воспримет пациент — вопрос. Продиктованное-написанное может быть так им переиначено, что только диву даёшься — как такое я мог назначить? Поэтому докторам приходится постоянно заниматься писаниной — и для больных, и для себя самих, чтобы потом не съезжать по стулу от добросовестного выполнения пациентом его же собственных вариаций на тему врачебных назначений.

А врачебное неслушание определяется направлением его слушания. Каждый специалист обычно имеет затверждённую схему информации, важной для постановки диагноза и назначения лечения. А если есть важная — значит, будет и неважная. Это для пациента она представляет интерес — его же, родное. А врачу главное — отделить субъективные данные от объективных.

В разных специальностях этот объектив разный. В доказательной медицине в поле зрения врача то, что относится к выверенному статистическому размаху: укладываются данные в одну картину — назначаем один стандарт диагностики и лечения, укладываются в другую — другой. Не укладываются — отправляем к психологам.

В психоанализе рассматривают то, что считает главным направление, которому учился специалист.  Разных психотерапий и их «кочек зрения» много: оговорки, сновидения, рисунки, реакции на кляксы, особенности расстановки игрушек в тазике с песком, напряжённая мышца, жестикуляция, болевая зона — всё это по отдельности указывает на внутренний психологический конфликт человека с самим собой, от которого его болячки и проистекают.

В гомеопатии, хотя все симптомы и жалобы принимаются к сведению, тоже, в зависимости от школы, одни считаются важными, а другие — нет (но это уже за кадром, больному знать про это не надо, главное — чтобы высказался, а мы уж потом по своим реперториям и материям сами выберем). В компьютерной медицине вообще пациент может говорить всё что угодно, главное — что выползет на дисплее — токсины, глисты, кармическая отягощенность. Ну и список лекарств и всяких биорезонансных частот, всё это излечивающий. Сколько разных компьютерных комплексов — столько разных причин и списков.

Так что есть из кого выбирать больному: если веришь в научный прогресс — двигаешь к интернистам с апробированными лекарствами или к компьютерщикам с оцифрованными, стандартизированными алгоритмами считывания индивидуальных биополей. А если  в волшебную силу искусства — добро пожаловать к гомеопатам за крупинками с алхимическими названиями на горошках или к психотерапевтам с  их тайным знанием языков тела.

Тот специалист, интерес которого совпадает с идеей пациента, выиграет. Главное, чтобы дальше помогло…

Присутствуем при интересной дискуссии по поводу человека. Дискутируют, как обычно, два непримиримых лагеря — гуманитарии и естественники.

Первые говорят: «Человек! Это звучит гордо!». Вторые возражают: «Зато пахнет…!».                                                                        Первые контратакуют: «Ваш же Павлов сказал, что мозг обезьяны забит рефлексами, а мозг человека — пуст?». Вторые парируют: «Человек не преодолел инстинкты. Он их только усложнил и модернизировал».                                                                                Первые говорят — «Зато мы самые умные!». Вторые пожимают плечами: «Ну да, как самые слабовооруженные животные — мы, да крысы — самые агрессивные и совсем без тормозов». И так далее, и тому подобное.

И за этим сыр-бором наблюдая, в один момент подумалось — а как мы сами это понимаем? И почему не получается примкнуть ни к той, ни к другой стороне?

И вот что из этого нарисовалось.

Мозг человека — это не орган психики — эмоций, мышления, мотивации, воображения (один из нас сколько не оперировал, а их там так и не увидел). Мозг — это система жестко организованных нейронных пулов, каждый из которых делает свой, строго определенный вклад в переработку постоянно поступающей в организм информации. И происходит мозг из эктодермы — эмбрионального листка, из которого вместе с мозгом образуются кожный эпителий, вся нервная система, органы чувств, а главное — передний и задний отделы кишечника. Так что — ох и не зря! — кто-то головой кушает, а у кого-то вместо неё — то самое место…

Мышление, эмоции, внимание, память, фантазия — результат слаженного действия всего нашего организма. А почему результаТ, а не результаТЫ? А потому что они по отдельности не существуют — это как разные грани одного и того же стакана. Психологам просто легче исследовать и описывать их по отдельности как самостоятельные явления. Разделили, описали, да так и оставили. И до сих пор одни пишут  книжки про психологию мышления, другие — про психологию эмоций или там воображения.Ну это как инфузорию под микроскопом разглядеть — а там столько всего! Увеличение сделали — и давай дальше писать про ядро, митохондрии, мембрану. Про их молекулярный, а глубже — и атомарный состав.

Но нам-то главное понять — а для чего это и как работает на общее благо! Поэтому мы и выныриваем с уровня, на котором эмоция к примеру для одних специалистов — это сумма гормонов, а для других — состояние, связанное с оценкой значимости для индивида действующих на него факторов. И возвращаемся к организму, который и гормоны вырабатывает, и информацию оценивает.

В организме львиную долю времени психические процессы поставлены на службу биологическим сторонам жизни — созреванию, самосохранению, репродукции. Ведь без такого обеспечения долго не протянешь, а это требует организации и следования определенным видам поведения. На которые и уходит львиная доля времени, отпущенного нам на существование в таком вот — животном (и не обязательно львином) — виде.

Но, в отличие от других животных, у человека возможно появление времени, не занятого этими биологическими задачами. Именно возможно, как вероятность, а не обязательная данность. Можно или воспользоваться этим временем, или прожить, не догадываясь о такой возможности.

Что это за время такое? Это время думать.

Ну и о чём же, если и так всё время думаем — о еде, об особях противуположнаго пола, детях, статусе в общественной иерархии и обо всём, что с этим связано — о деньгах, чинах, лошадях под капотами, пентхаусах, опять о деньгах, признании окружающих и о постоянной возможности всё это одним махом потерять?

А думать — или, вернее, размышлять — обо всякой, совершенно непрактичной ерунде. Типа бытия, вселенной, души, смысла. Пустозвонства эти (и еще несколько таких же) носят название категорий. Которые, в свою очередь, являются атрибутом самой неконкретной (то есть — абстрактной) отрасли знания — философии. Этакий взгляд на жизнь и себя в ней со стороны.

Не известно, что делают нимфы в своих куколках — может, обдумывают завершившуюся часть своего жизненного пути в виде гусеницы. Чтобы потом превратиться в бабочку-имаго и уже порхать в другом виде и других субстанциях.

Но у человека такая способность имеется точно. Другое дело — кто и как ей воспользуется…

Все-таки есть она или нет? Сказать трудно. Даже если и есть, то для каждого — своя. И уж точно не фармакологическое средство.

Да, в определенный момент без средства такого не обойтись. Но уповать на него — это все равно, что назначать черную кошку причиной неприятностей. Когда вместо того, чтобы быть повнимательнее к собственной персоне — мыслям, словам, действиям — мы, завидев сие животное, обходим его стороной,  плюем через плечо, крутимся на месте. И считаем, что инцидент исчерпан. А персона при этом никуда не делась! И вляпывается в неприятности именно она! Но только зачем опускать себя, любимого? Если есть, на кого сваливать?

В основе отношения к любой болезни тоже такая черная кошка имеется. Обязательно что-то должно назначаться причиной. Раньше это помогало хорошо, сейчас — плохо. Потому что, когда причина — кошка, злой дух, болотный миазм, злобная бактерия или муха — источник заразы — можно найти средство их как-то изничтожить. Но когда причин много, а главная из них — ты сам, то попробуй подбери чудодейственную таблетку! Ну, разве только цианистый калий сработает наверняка — четко и сразу. А все остальные фармпрепараты будут помогать, но не излечивать. Читать далее →