Архив рубрики: Обострения сознания

Это когда приходит Капитан Очевидность…

Тихо сам с тобою…

Ты не рад тому, что имеешь? Значит, оно досталось тебе даром. Ты доволен? Значит, принимал участие. Ты счастлив? Значит, добился сам. Но твое счастье отнюдь не значит, что затраченные усилия соответствовали стоимости предмета вожделения. Чем труднее завоеван приз, тем ценнее он для тебя. А что он есть на самом деле? И какова действительная ценность того, что ты имеешь, не завоевывая?

Есть смысл регулярно проводить инвентаризацию. Чтобы как минимум удивляться, какими сокровищами ты на самом деле обладаешь, но при этом обращаешь внимание не на них, а на что-то, чего, как тебе кажется, у тебя нет. В итоге ты теряешь время и силы на приобретение очередного такого же.

А настоящее приобретение — увидеть то, чем ты уже обладаешь (включая и дары, и достижения) и начать этим пользоваться. Обладание — это всегда использование. Можно владеть несметными сокровищами, но не обладать ими. Можно обладать немногим, но в совершенстве использовать это. Тогда вопрос богатства отпадает сам собой. У меня есть и Я владею — совсем не одно и то же.

 

Тебе нравится моя собранность? Это потому, что мне не нравится моя расхлябанность.

 

История — это цепь нелепостей, в которых предки куролесили как могли, а потомки пытаются увидеть смысл, значение и опору для того, чтобы куролесить дальше.

 

Ты можешь соглашаться с другими, но до этого должно быть изжито желание быть для них своим. Ты можешь иметь свою точку зрения, но только после того, как прекратишь оригинальничать. Ты можешь начать эффективно действовать, но для этого надо закончить ждать от действия всего, что не имеет к нему отношения.

 

Не уважаешь — не существуешь.

 

Нельзя пытаться помогать другим, пока не будешь прекрасно видеть: где ты сам, где твой визави, а где твои и его проекции.

Ты и Я (разговор продолжается)

Профессиональная помощь эффективна, но не всегда. И она неэффективна никогда, если вы с профессионалом на «ты».

Не думай, что у кого-нибудь есть общая точка зрения. Для этого всегда надо быть в одном и том же месте в одно и то же время. Что невозможно как минимум физически. Даже сейчас, за одним столом, мы сидим на разных стульях, едим из разных тарелок, кладем разное количество соли и перца. И если уж в таких мелочах совпадать нельзя, то что говорить о большем?

Если ты воспылал к кому-то и тебе ответили взаимностью, посмотри — не твои ли это чувства? Печка тоже возвращает тебе тепло, но только когда ты ее раскочегариваешь. Вполне возможно разогреть своим теплом другого. Вопрос — не потребуется ли заниматься этим всю жизнь?

Уверенно ты можешь говорить только о том, в чем уверен. Твой голос меняется, когда уверенность сменяется фантазией на тему уверенности.

Если уважение не взаимно, то это не уважение, а что-то еще.

Трудное дело: разглядеть человека за своим отношением к нему.

Ты и Я (выдранные места из перепалки с друзьями)

Думаешь, что все кругом чувствуют то же, что чувствуешь ты, мыслят так же, как мыслишь ты, испытывают те же эмоции, какие испытываешь ты? Значит ты – ребенок. Вне зависимости от возраста. Нашел того, с кем полностью совпадаешь? Это ты выдумал, чтобы спрятаться от одиночества. Мы не существует. Есть только Ты и Я.

 

Я с радостью приму твое решение. Когда пойму, что оно действительно твое.

 

Как бы много и подробно ты мне о ком-то не рассказывал, я все равно ничего о нем не узнаю. Зато лучше узнаю тебя. Потому что на самом деле ты говоришь не про него, а про свое к нему отношение. А это отношение – проявление тебя.

 

Ты – не хозяин положения, когда жалуешься на обстоятельства. Начни с понимания, как ты их сам устроил. Поменяй высказывание: «Со мною вот что происходит: Ко мне мой старый друг не ходит, А ходят в праздной суете Разнообразные не те» на «Я послал ее в …. и веду беспорядочную половую жизнь».

 

Людей не переделаешь. Себя – тоже. Себя можно только узнать. И научиться с собой более-менее прилично обращаться.

 

Человек может долго думать, как быть в возникшей ситуации. Размышлять, советоваться, обсуждать. Знай: он тянет время. Ждет, чтобы решили за него. Хотя он решение уже принял. Когда узнал о ситуации. Первые эмоция и мысль – вот собственное решение. Только он его спрятал от себя и других, чтобы не упустить всех выгод. Но пока не знает: решение можно отложить, но отменить нельзя. И рано или поздно оно сделает свое. Взорвав к чертовой матери приобретенное ценой его откладывания благополучие.

 

Кстати: решение не принимать решение – это тоже решение. От которого окружающим надо бежать, сломя голову.

 

Любая проблема отношений есть следствие невнимания к «мелочам».

 

Ты испытываешь во мне нужду? Понятно: тебя опять приперли к стенке. Но ведь я был не нужен, когда ты брал в долг?

 

Я настолько слеп к «повседневности», что для получения сильных положительных эмоций мне требуется очарование. За которым обязательно последует его противоположность.

 

 

 

 

Еще о просьбе

Вот ведь тема какая прилипчивая! Который раз уже открывается новой гранью. И что же на сей раз?

Выясняется: человек, который не просит, имеет проблемы с пониманием того, что же ему на самом деле нужно. Что надо что-то — знает, что конкретно — нет. И использует окружающих по принципу: «Догадайся, мол, сама. А я выберу из того, о чем ты догадаешься, наиболее приемлемое».

Может ли при этом быть удовлетворенным? Скорее всего, нет: он ведь не попросил ясно, а значит и получил приблизительно. Вот почему еще не-просящий (который всегда уверен, что окружающие ему обязаны и умеют читать его мысли, пусть даже и скрытые от самого не-просителя), вечно недоволен тем, что получает.

Ну, правильно: для себя точно не сформулировал, чего хочет, полунамеками заставил других «пойти туда, незнамо куда, принести то, незнамо что». Вот те и сделали, как поняли. И в очередной раз посетовали: «Хоть в лепешку расшибайся — все равно не угодишь».

Потому — «не говори, не думай и не делай, пока тебя не попросят об этом» — во благо. Ведь если не-просящий научится четко формулировать, чего хочет, то словит, наконец, заслуженный кайф от исполнения своих желаний. Тем более, что окажется: значительную часть он способен получать без посторонней помощи!

Кто кому должен

Иногда из далекого прошлого раздается звонок: «Здравствуйте, я лечился у Вас лет этак триста тому назад. Желаю снова прибегнуть к Вашей помощи, Вы мне тогда здорово помогли».

Начинаешь объяснять, что больше этим не занимаешься, на том же месте и в той же должности не работаешь. Реакция чаще такая: «Как же, у Вас ведь так хорошо получалось! И потому хочу к Вам на прием».

На уверения, что с  нынешней проблемой ему нужен кто-то другой, он упорно требует встречи. Переключаешь на администратора, и всегда повторяется одно и то же: «Как вы теперь далеко и неудобно (это о центре города со всеми видами транспорта под боком и парковкой), почему так дорого (то, что мы сейчас делаем, обычно столько и стоит), почему на прием нельзя попасть немедленно (хотя и триста лет назад планомерность и регулярность были моими профессиональными принципами)». Обычно этим все и ограничивается.

Картинка типичная, но — «ложки нашлись, осадок остался». Ведь вспоминая визави, думаешь: как все было тогда? И находишь отличия вашего общения от такового с другими пациентами (многие из которых, к слову, его продолжают, находя в новых извивах нашей деятельности что-то для своего здоровья необходимое).

Основное  — нежелание менять свои привычки, которые, собственно, и создали условия болезни. Как с порога мне заявила тучная дама с гипертонией, пневмосклерозом и диабетом: «Доктор, я готова принимать лекарства, которые Вы посоветуете, потому что назначения предыдущего врача не работают. Но — ни слова о диете, сигаретах и кофе!».

Наше расставание происходило, когда становилось ясно: назначения верны, планируемого результата нет. Что характерно — пациенты прекращать общение не желали! То есть пить лекарства, ходить на процедуры, сдавать анализы — пожалуйста. Менять себя — ни за что!

Такие визави хотели перевалить всю ответственность за свое здоровье и благополучие на доктора. Ну как же, они тебе доверились, ходят, платят, терпят всякое (процедуры не всегда бывают совсем уж комфортными). А доктор за все это им обязан.

Узнаете? Речь идет о желании процесса (в котором, как мы уже размышляли, больной покупает внимание к своей персоне), а выздоровление как результат отходит на второй план. И по идее (конечно же, пациентом не осознаваемой) эти отношения должны дойти до точки, при которой как раз он сам, с полным на то основанием, может предъявить доктору претензию: «Что же это Вы, голубчик, потратили столько Моего времени, Моего терпения, Моих денег, а результата так и не достигли?».

Хотя нужный ему результат — насладиться растерянностью, виноватостью, униженностью доктора! И это значит: пациент переносит на врача недовольство своим положением в «реальной» (а не «лечебной») жизни. При этом в реальной жизни он не может (что вообще-то эквивалентно «не желает») что-то менять. Вот и используются другие возможности это недовольство проявить.

А что, плохо что ли: заставить гуляющего, к примеру, мужа, если не покаяться, так хоть раскошелиться на длительное лечение у другого (!) мужчины, которого как раз и можно будет унизить за всех сволочей-мужиков!?

Или взять состоятельного джентльмена с чувством вины перед сыном от первого брака. Чувство, которое позволяет взрослому уже сыну непочтительно относиться к отцу.  Несмотря на то, что отец поставил сына на вершину своей финансовой империи. Ну и почему бы не заставить врача, вполне годящегося джентльмену в сыновья, отрабатывать почитание и уважение, которого он от родного дитяти не дождется никогда?

Вот отсюда и размышления на тему: так кто же кому должен? И должен ли кто-либо? Если каждый и так получает желаемое? Даже если сам и не хочет понимать, чего же он желает?