Шесток для сверчка

С разными людьми мы разные. С кем-то веселые и остроумные, с кем-то тупые и неповоротливые. С кем-то красавцы и души общества, блистающие талантами, с кем-то — чванливые, ворчливые, скучные серые мыши. Где-то благородные защитники, где-то — злобные агрессоры. Когда-то отважные герои, когда-то — трусливые предатели.

От кого это зависит? Конечно, в первую очередь от нас самих: всегда есть выбор. А во вторую, третью и все последующие — от тех, с кем общаемся.

Встречаясь, мы адаптируемся относительно друг друга. Это происходит спонтанно, но приблизительно по одному сценарию: сначала в общении выбирается лидер (то есть после какого-то периода конкуренции один сдается и занимает место ведомого и эксплуатируемого). При этом ведомый не обязательно несчастная жертва — ему так может быть даже удобнее: и свое получит, и отвечать ни за что не надо.
Дальше они какое-то время действуют к взаимному удовольствию. А еще дальше сталкиваются с тем, что лидер хочет себе главенство и лавры, а ответственность — ведомому. И на этом общение вполне может закончиться. Когда обоим становится понятно: низы не хотят, верхи не могут. А поменяться местами бывшему лидеру гордость не позволит. Так что чаще всего именно лидер объявляет ведомого негодяем — и ищет другого. Ведомый, естественно, тоже. И у обоих дальше ситуации скорее всего повторятся — люди могут быть другие, а персонажи те же.

Это, конечно, самый простой пример. Обычно все сложнее. Оба могут играть одновременно несколько ролей друг для друга и для других: например, лидер на работе вполне может быть ведомым в собственной семье, снова лидером в дружеской компании и на третьих ролях в профессиональном сообществе, принадлежность к которому нужна, опять же, для лидерства на работе и среди друзей. Самоощущение во всех этих ипостасях у человека разное. Иногда настолько противоречивое, что не позволяет понять — а кто же он на самом деле? Герой-любовник или офисный планктон? «Олегарх» на ровере или папашка-подкаблучник? Мать-героиня или дочь-ехидна? Все это так перемешано, что голова кругом.

Кто-то, конечно, морочиться не будет — некогда, да и страшно — а вдруг он не самое лучшее из всего этого.
А кто-то приходит разобраться со «странным» и непонятным чувством: почему от меня все время ждут совершенно определенного. Если я в компании признанный остряк — даже когда не до шуток — покажу палец, все сразу лежат от смеха. Если мама мной с рождения недовольна, то на ей самой заказанный, тщательно выбранный подарок ответит: » Спасибо тебе огромное. Правда, я хотела подлиннее (посветлее, без оборок, с мехом, поизящнее, поскромнее). Если студенты решили меня бояться — будут из поколения в поколение приходить на экзамен со смектой. А если решили не бояться — клянчить оценку и заливать про несчастную любовь или безвременно почившего попугайчика. Если коллеги считают истеричкой, то им обязательно надо довести, как бы я не старалась абстрагироваться от их наездов. Если учительница думает, что я хулиган, то кто бы что бы не сделал, наказывают всегда меня.

То есть получается, что человеку навешивают ярлык, которому он должен соответствовать. Не хочет — окружающие обязательно поставят в такое положение, что он буквально вынужден вести себя ожидаемым образом. А если не ведет — подмечают какие-то мелочи, трактуя их в пользу своих ожиданий: «Привет! — Привет. — Ну вот, ты опять с самого утра недоволен. — С чего ты взял? — А ты бы сам послушал, как ты это спросил. -А как я спросил? -Ну ладно, ладно, никак, только не заводись». А потом потихоньку всем остальным:»Видели? Слова сказать нельзя — сразу в бутылку лезет».

Зачем так делается? Затем, что так проще. Прилепили ярлыки — и беспокоиться больше не надо, теперь все на привычных местах, стабильно, по плану. Ведь нас окружает такое количество неожиданностей и неопределенностей, что мы хоть таким образом пытаемся сократить их число. Систематизируя и ранжируя людей по возможностям эксплуатации их умений, связей, личных свойств в понятной для себя (а значит поддающейся управлению) картине мира. И это становится неосознаваемой привычкой. Которая, увы, не позволяет за предвзятостями разглядеть то, что есть на самом деле.

Потому что для этого свою картину мира придется признать как минимум однобокой. А себя самого — вечно ошибающимся, примитивным, бессильным.

Ну кто на это пойдет добровольно? Лучше уж каждому определить свое место — и быть уверенным в своей уверенности!

Шесток для сверчка: 9 комментариев

  1. Александр

    Что может вынудить человека отказаться от навешивания ярлыков?
    И можно ли сказать, что навешивая ярлык мы создаем некую иллюзию реальной картины мира?

  2. DOK Автор записи

    «Вынудить» перестать навешивать ярлыки может преодоление страха перед неопределенностью. Именно он и вынуждает таким образом создавать иллюзию стабильности.

  3. Эльвира

    Вопрос не совсем по теме, вернее совсем не по теме: лидерские качества — это врождённое или приобретённое? Откуда в человеке харизма? Наблюдая детские коллективы, не перестаю удивляться: почему дети выбирают себе кумиром одного и совершенно не замечают другого, хотя с точки зрения взрослого очевидно, что первый, например, не обладает никакими особыми способностями и талантами, кроме собственно харизмы, а другой, напротив, объективно талантлив?.. Говорят: свита делает короля. Так что первично: уже готовый «король», или свита, жаждущая его создать?..

  4. DOK Автор записи

    Вопрос интересный и неоднозначный. Кратко можно ответить так: лидерство в разных возрастах человека несет в себе разные основания. У детей оно тяготеет к биологической доминанте, у взрослых эта доминанта может преобладать как фактор лидерства, а может и нет. Все зависит от социума и его ценностей. Чем более они материальны, тем более зависят от биологических (этологических, см. книгу «Непослушное дитя биосферы» в разделе Почитаем?) принципов доминирования.

  5. Эльвира

    Но вот такие ненаучные понятия: сильный характер или, наоборот, слабый характер… Почему один с младых ногтей смело смотрит в глаза собеседнику любого возраста, влёгкую оппонирует, даже не обладая пока никакой базой знаний, отстаивает своё мнение, не желая знать авторитетов… Такой идёт по жизни напролом, никогда не задумываясь, что он кого-то толкнул или даже смял. Такого человека, мне кажется, даже внешний облик дополняет: всегда расправленные плечи, небрежно выпяченная грудь, прямой безразличный взгляд… Другой же, напротив, робок и нерешителен, послушен и старателен, часто сутулится и избегает прямого взгляда и пр. и пр. Конечно это крайне противоположные типы, между ними море других, но если типаж ярко проявляются уже в детстве, это биологическая данность, замешанная на типе высшей нервной деятельности? И насколько целесообразно корректировать? или бесполезно?
    Опять же: откуда у детей непомерные амбиции? ведь некоторые с раннего детства начинают расшибаться в лепёшку, чтобы быть всегда лучшим и только лучшим! Проявляют чудеса совсем недетского упорства и трудолюбия, между прочим, только чтобы быть на пьедестале? Посредственного ума такой ребёнок будет круглым отличником, тогда как рядом одарённый разгильдяй, которому учёба даётся с полоборота, совсем не зациклен на оценках и формально учится хуже.

  6. DOK Автор записи

    Эльвира, Вы как педагог должны понимать: сочетания врожденных индивидуально-типологических особенностей высшей нервной деятельности и вариантов социокультурной среды воспитания бесчисленное множество. И в каждом отдельном случае существует в разном возрасте преобладание то одного, то другого качества. Все попытки, как раньше, причислить ребенка к той или иной категории, чтобы дать общие для нее рекомендации, теперь не получается. Приходится думать об индивидуальном воспитательном и образовательным маршруте. Коррекция сейчас — это сориентировать родителей в положительных чертах и возможности их развития.

  7. Эльвира

    И всё равно, Док, не удержаться от дальнейших недоумений. Ведь харизматичная личность не может существовать, вернее потеряет всякий смысл быть, без внемлящего окружения. Почему люди «ведутся»??? Причём добро бы на констуктивные идеи и действия, ведь все мы, вроде, с детства знаем «что такое хорошо и что такое плохо». Почему, как мухи на мёд, к таким летят обожатели, почему начинают фанатеть? Диву даёшься, как целый народ увлёкся идеей фашизма, глядя на безумных Гитлера или Муссолини. А тоталитарные секты?.. Там без лидера никак, и вот уже молятся на самозванца, снимают с себя последнее, заточают в пещеры, а то и на тот свет отправляют… Что здесь?..
    Провести бы аналогию с дикой природой, с законами стаи, но — нет, здесь другое. В дикой природе, в стае, когда есть вожак — непререкаемый авторитет — есть чёткая иерархия, жёсткие законы, — в конечном итоге всё подчинено сохранению рода и вида в целом. У нас же подчас наоборот — на самоуничтожение. Или природа таким образом вынуждена регулировать численность популяции не в меру размножившегося вида?..
    Конечно, я далеко ушла от первоначальных размышлений о рождении лидерства в детском коллективе. Но всё ж: хорошо, конечно, чувствовать себя центром вселенной, но как(?!!) окружение добровольно «ведётся» за самопровозглашенцем, почему готово быть ведомым, одураченным, не иметь своего мнения, не жить своей жизнью и пр. Мне, конечно, не хватает фундаментальных знаний, что бы это понять. Только не направляйте меня к Марксу и Энгельсу. Я наблюдаю эти микро-модели в детских коллективах…

  8. DOK Автор записи

    Эльвира, Энгельса я Вам предлагать не буду. Но «Век толп» Сержа Московичи прочитайте.

    Насчет непререкаемого авторитета в природе не соглашусь — он там держится на постоянном противоборстве. Ведь сохранение вида — это отбор самого адаптивного. На тот короткий срок, что он на пике формы, ему дается возможность (в конкурентной борьбе) оставить потомство. И иерархия — она тоже динамическая — все время вожак проверяется на прочность и чужими, и своими.

    Ваше возмущение тоже понятно: ну как же, человек — это ведь что-то особенное. И вдруг такой примитив. Но мы еще просто слишком юные по историческим меркам, и при любом удобном случае съезжаем на более ранний уровень развития — там не так страшно, можно играться, отнимать игрушки, драться, дурачиться. Работать не надо, отвечать ни за что тоже не надо. Родители накормят, оденут, игрушек накупят, ото всех защитят.
    А кто эти родители-благодетели? Это как раз те, кто декларирует свободу от взрослости. Разве любят тех, кто призывает трудиться, серьезно и ответственно относиться к себе, людям, природе? Любят тех, кто обещает золотые горы за просто так.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *